Семь джатил

Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в Восточном парке, во дворце Мигараматы.

И тогда, вечером, Благословенный вышел из затворничества и сидел у внешних ворот.

И тогда царь Пасенади Косальский отправился к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:

В то время семь джатил, семь нигантхов, семь голых аскетов, семь аскетов одного одеяния, семь странников в — с волосатыми подмышками, длинными ногтями, длинными волосами на теле, несущие вязанки своих вещей, проходили мимо неподалёку от Благословенного. ^[1]

И тогда царь Пасенади Косальский поднялся со своего сиденья, закинул внешнее одеяние за плечо, преклонил правое колено на землю и, подняв сложенные ладони в почтительном приветствии к семи джатилам, семи нигантхам, семи голым аскетам, семи аскетам одного одеяния, семи странникам, объявил им своё имя трижды:

«Я, уважаемые, царь Пасенади Косальский! Я, уважаемые, царь Пасенади Косальский!

Я, уважаемые, царь Пасенади Косальский!».

И вскоре после того, как те семь джатил… странников ушли, царь Пасенади Косальский подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал Благословенному:

«Эти, уважаемый, входят в число тех людей в мире, которые араханты или которые вступили на путь к арахантству».

«Великий царь, тебе, мирянину, который наслаждается чувственными удовольствиями, пребывает в доме, полном детей, наслаждается сандаловым деревом из Каси, носит гирлянды, пользуется благовониями и мазями, принимает золото и серебро, трудно знать об этом: „Эти — араханты, или эти — те, кто вступил на путь к арахантству“.

За счёт длительного проживания вместе с кем-либо, великий царь, можно узнать о его нравственности, и только за долгое время, а не за короткое время; тем, кто внимателен, а не тем, кто невнимателен; тем, кто мудр, а не тем, кто глуп.

За счёт имения дел с кем-либо, великий царь, можно узнать о его честности, и только за долгое время, а не за короткое время; тем, кто внимателен, а не тем, кто невнимателен; тем, кто мудр, а не тем, кто глуп.

За счёт неприятных ситуаций, великий царь, можно узнать выносливость человека, и только за долгое время, а не за короткое время; тем, кто внимателен, а не тем, кто невнимателен; тем, кто мудр, а не тем, кто глуп.

За счёт ведения бесед с кем-либо, великий царь, можно узнать о его мудрости, и только за долгое время, а не за короткое время; тем, кто внимателен, а не тем, кто невнимателен; тем, кто мудр, а не тем, кто глуп». ^[2]

Удивительно, уважаемый! Поразительно, уважаемый!

Как хорошо об этом сказал Благословенный:

„Великий царь, тебе, мирянину… кто мудр, а не тем, кто не мудр“. ^[3]

Эти аскеты, уважаемый, мои соглядатаи, тайные агенты, которые возвращались после разведки обстановки в стране.

Вначале они собирают информацию, а потом я заставлю их раскрыть её.

И теперь, уважаемый, когда они смыли пыль и грязь, помылись и привели себя в надлежащий вид, подстригли волосы и бороду, надели белые одежды, они будут развлекать себя, будучи наделёнными и обеспеченными пятью нитями чувственных удовольствий».

И тогда Благословенный, осознав значение этого, произнёс по тому случаю следующие строфы:

«Узнать кого-либо по внешности лишь — трудно. Быстрой своей оценке доверять совсем не стоит.

Ведь под личиной сдержанности и контроля

Несдержанные люди странствуют по миру.

Точно поддельная серьга из глины

Иль грош из бронзы, что покрыт весь позолотой,

Есть те, кто ходит, будто если б были в маске:

Лишь внешне чистые, а внутренне — порочны».