Сундарика

Однажды Одно время Благословенный проживал в стране Косал, на берегу реки Сундарики.

И в то время брахман Сундарика Бхарадваджа совершал подношение огню, делал огненное жертвование на берегу реки Сундарики.

И затем брахман Сундарика Бхарадваджа, совершив подношение огню, сделав огненное жертвование, поднялся с сиденья и посмотрел во все четыре стороны, раздумывая:

“Кто бы мог съесть эти жертвенные остатки?”

Брахман Сундарика Бхарадваджа увидел Благословенного, сидящего у подножья дерева с покрытой головой.

Увидев его, он взял жертвенные остатки в левую руку и котелок с водой в правую и отправился к Благословенному.

Когда Благословенный услышал звук шагов брахмана, он убрал с головы облачение.

И тогда брахман Сундарика Бхарадваджа, думая: “Этот уважаемый — бритый отшельник. Этот уважаемый — бритоголовый”, уже было собрался повернуть назад,

но затем мысль пришла к нему:

“Бывают и некоторые брахманы с обритой головой.

Что, если я подойду и поинтересуюсь насчёт его происхождения?”

тогда брахман Сундарика Бхарадваджа подошёл к Благословенному и сказал ему:

“[Из какой варны] происходит уважаемый?”

[Благословенный ответил]: “Не о рождении спрашивай, спроси о поведении:

Ведь пламя порождается от дерева любого.

Решительный мудрец из низкого семейства,

Как славный жеребец, что укрощён чувством стыда.

Прирученного истиной и этим совершенного,

Того, кто окончания знания достиг, того, кто целиком осуществил святую жизнь, —

Вот должен жертвователь умолять кого.

Уместным будет подношение его,[Тому подаренное], кто даров достоин”.

[Брахман Сундарика]:“Свершённое мной жертвование славно удалось,

Раз мастера великого в познаниях я узрел.

Поскольку я не видел тебе подобных прежде,

Другие ели то, что оставалось с подношения.

Пусть господин Готама ест.

Достойный является брахманом”.

[Благословенный]:“Коль над едой строфы пропеты — Есть эту пищу мне не подобает.

Это, брахман, в норму не входит,Что соблюдают [святые] провидцы.

Кто пробуждён, тот отвергнет ту пищу,Строфы над коей были пропеты.

Раз таковая есть норма, брахман,Их поведения принцип таков.

Напитком и пищей другой обслужи

Провидца всецело во всём совершенного,

Чьи загрязнения и сожаление были разрушены и успокоены,

Ведь величайшее поле заслуг он для того, кто свершить их желает”.

“В таком случае, господин Готама, стоит ли мне отдать жертвенные остатки кому-либо другому?”

“Я не вижу никого, брахман, в этом мире, с его дэвами, Марами, Брахмами, в этом поколении шраманов и брахманов, князей и [простых] людей, кто мог бы съесть и должным образом переварить эти жертвенные остатки, кроме Татхагаты или ученика Татхагаты.

Поэтому, брахман, выбрось жертвенные остатки туда, где мало растительности, или же в воду, в которой нет живых существ”.

И тогда брахман Сундарика Бхарадваджа выбросил те жертвенные остатки в воду, в которой не было живых существ.

И когда они были брошены в воду, эти жертвенные остатки зашипели и засвистели, так что пошёл пар и дым.

Это как плужный лемех, нагревавшийся весь день, зашипел бы и засвистел, так что пошёл бы пар и дым, если бы его поместили в воду,

точно так же и те жертвенные остатки, выброшенные в воду, зашипели и засвистели, так что пошёл пар и дым.

И тогда брахман Сундарика Бхарадваджа, потрясённый и напу ганный, подошёл к Благословенному и встал рядом.

Затем Благословенный обратился к нему строфами:

“Сжигая дерево, брахман, не фантазируй,

Что это внешнее деяние приносит чистоту.

Ведь знающие говорят, что чистоты не получить

Тому, выискивает кто её снаружи.

Оставив пламя, что получено из дров,

Я зажигаю, о брахман, один лишь свет внутри.

Всегда сосредоточенный, мой ум сияет,

Ведь я архат, ведущий жизнь святую.

Брахман, несёшь ты самомнения тяжесть на плечах,

Злость – это дым, а пепел – речь, что лжива.

Язык – черпак, а сердце – твой алтарь,

Прирученное “я” для человека будет светом.

Дхамма подобна озеру, а нравственность в ней — брод,

Она чиста, и добродетельные люди её хвалят,

Владыки знаний омовения здесь свершают,

А высохнув, на дальний берег переходят.

Истина, Дхамма, сдержанность, святая жизнь,

И Брахмы достижение стоят на середине.

Лишь праведному, о брахман, почтение выражай.

Движимым Дхаммой называю я такого”.

Когда так было сказано, брахман Сундарика Бхарадваджа обратился к Благословенному:

“Великолепно, господин Готама!..

Так уважаемый Бхарадваджа стал одним из арахантов.