Сутта Локаятика
И тогда два брахмана-космолога подошли к Благословенному и обменялись с ним вежливыми приветствиями.
После обмена вежливыми приветствиями они сели рядом и сказали ему:
“Мастер Готама, Пурана Кассапа утверждает, что является всезнающим и всевидящим, что обладает всеохватывающим знанием и видением:
“Иду ли я, стою, сплю или бодрствую, знание и видение непрерывно и постоянно присутствуют у меня”.
Он говорит:
“С безграничным знанием я пребываю, зная и видя, что мир безграничен”.
Но Нигантха Натапутта также утверждает, что является всезнающим и всевидящим, что обладает всеохватывающим знанием и видением:
“Иду ли я, стою, сплю или бодрствую, знание и видение непрерывно и постоянно присутствуют у меня”.
Он говорит:
“С безграничным знанием я пребываю, зная и видя, что мир ограничен”.
Когда эти двое, заявляющие о знании, делают два взаимно противоположных утверждения, то кто из них говорит правдиво, а кто ошибочно?”
“Довольно, брахманы,
оставьте этот [вопрос]:
“Когда эти двое, заявляющие о знании, делают два взаимно противоположных утверждения, то кто из них говорит правдиво, а кто ошибочно?”
Я научу вас Дхамме.
Слушайте внимательно. Я буду говорить”.
“Да, господин” – ответили брахманы.
Благословенный сказал:
“Это как, брахманы, если бы по четырём сторонам света стояли бы четыре человека, обладающие величайшим движением, скоростью, и шагом.
Они обладали бы такой скоростью, [что могли бы перемещаться также быстро], как если бы лучник с мощным луком – обученный, ловкий, натренированный, опытный – мог бы без труда выпустить по тени банановой пальмы лёгкую стрелу.
Их шаг был таким [огромным], что он мог бы покрыть [всё расстояние] от восточного океана до западного океана.
И тогда человек, стоящий на восточной стороне, сказал бы:
“Я доберусь до края мира посредством передвижения”.
Обладая такой скоростью и таким шагом, имея срок жизни в сотню лет, живя в течение сотни лет, он передвигался бы в течение ста лет, если не считать остановок на то, чтобы поесть, попить, пообедать и перекусить, помочиться и испражниться, поспать, чтобы развеять усталость. И всё же, он бы умер по пути, так и не достигнув края мира.
Затем человек, стоящий на западной стороне…
Затем человек, стоящий на северной стороне…
Затем человек, стоящий на южной стороне, сказал бы:
“Я доберусь…”.
И всё же, он бы умер по пути, так и не достигнув края мира.
И почему?
Потому что, брахманы, я говорю вам, что такой перебежкой нельзя узнать, увидеть или достичь края мира.
Но всё же, я говорю вам, что, не дойдя до края мира, нельзя положить конец боли.
Есть пять множителей желания, брахманы, которые называются “миром” в Учении Благородных.
Какие пять?
Формы, познаваемые глазом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Звуки…
запахи…
вкусы…
тактильные ощущения, познаваемые телом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Таковы пять множителей желания, называемых “миром” в Учении Благородных.
Вот, брахманы, будучи отстранённым от желания, отстранённым от неблагих состояний [ума], монах входит и пребывает в первой джхане, которая сопровождается направлением и удержанием [ума на объекте медитации], с озарённостью и приятным, которые возникли из-за [этой] отстранённости.
Такой зовётся монахом, который, дойдя до края мира, пребывает на краю мира.
Другие скажут о нём:
“Он тоже находится в мире.
Он также ещё не освобождён от мира”.
И я говорю так: “Он тоже находится в мире. Он также ещё не освобождён от мира”.
Далее… монах входит и пребывает во второй джхане…
третьей…
четвёртой джхане…
Такой зовётся монахом, который, дойдя до края мира, пребывает на краю мира.
Другие скажут о нём:
“Он тоже находится в мире. Он также ещё не освобождён от мира”.
И я говорю так:
“Он тоже находится в мире. Он также ещё не освобождён от мира”.
Далее, с полным преодолением восприятий форм… монах входит и пребывает в сфере безграничного пространства…
сфере безграничного сознания…
сфере отсутствия всего…
сфере ни восприятия, ни не-восприятия.
Другие скажут о нём:
“Он тоже находится в мире. Он также ещё не освобождён от мира”.
И я говорю так:
“Он тоже находится в мире. Он также ещё не освобождён от мира”.
Далее, с полным преодолением сферы ни восприятия, ни не-восприятия, монах входит и пребывает в прекращении восприятия и чувствования, и, [когда он] увидел [это] пониманием, его загрязнения полностью уничтожились.
Такой зовётся монахом, который, дойдя до края мира, пребывает на краю мира, и который пересёк привязанность к миру”.
Седьмая.
