Сусима Сутта
Так мной услышано.
Одно время Благословенный располагается в Раджагахе в Бамбуковой Роще в месте для кормления Белок.
И в тот момент Благословенный был восхваляем, почитаем, уважаем, ценим и обожаем [людьми], и он получал одеяния, еду, жилища и лекарства.
Сангха монахов также была восхваляема, почитаема, уважаема, ценима и обожаема, и монахи тоже получали одеяния, еду, жилища и лекарства.
Но странники-приверженцы других учений не были восхваляемы, почитаемы, уважаемы, ценимы и обожаемы, и они не получали одеяний, еды, жилищ и лекарств.
И тогда странник Сусима пребывал в Раджагахе вместе с большой группой странников.
Они обратились к страннику Сусиме:
“Ну же, друг Сусима, [давай], веди святую жизнь под [учительством] отшельника Готамы.
Освой его Дхамму и научи нас ей.
Мы [тогда тоже] освоим его Дхамму и будем наставлять в ней мирян.
Таким образом, мы тоже будем восхваляемы, почитаемы, уважаемы, ценимы и обожаемы, и мы тоже будем получать одеяния, еду, жилища и лекарства”.
“Хорошо, друзья” – ответил странник Сусима. И тогда он отправился к уважаемому Ананде и обменялся с ним вежливыми приветствиями.
После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал ему:
“Друг Ананда, я хочу вести святую жизнь в этой Дхамме и Винае”.
И тогда уважаемый Ананда взял с собой странника Сусиму и отправился к Благословенному. Он поклонился Благословенному, сел рядом и сказал ему:
“Почтенный, этот странник Сусима утверждает, что
хочет вести святую жизнь в этой Дхамме и Винае”.
“Что ж, Ананда, дай ему посвящение”.
И тогда странник Сусима получил младшее и высшее монашеское посвящение под [учительством] Благословенного.
И в то время группа монахов объявила о [достижении] окончательного знания в присутствии Благословенного, сказав:
“Мы понимаем: “Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования”.
Уважаемый Сусима услышал об этом,
отправился к тем монахам, обменялся с ними вежливыми приветствиями, сел рядом и сказал им:
“Правда ли, что вы, уважаемые, объявили о [достижении] окончательного знания в присутствии Благословенного, сказав:
“Мы понимаем: “Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования”?
“Так оно, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, обладаете ли вы различными видами сверхъестественной силы, как то: будучи одними, вы становитесь многими; будучи многими, вы становитесь одними. Вы появляетесь. Вы исчезаете. Вы беспрепятственно проходите сквозь стены, бастионы, горы, как если бы шли сквозь пустое пространство. Вы ныряете и выныриваете из земли, как если бы она была водой. Вы ходите по воде и не тонете, как если бы вода была сушей. Сидя со скрещенными ногами, вы летите по воздуху, как крылатая птица. Своей рукой вы касаетесь и ударяете даже солнце и луну, настолько вы сильны и могущественны. Вы так влияете на тело, что достигаете даже миров Брахмы?”
“Нет, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, слышите ли вы за счёт божественного уха, очищенного и превосходящего человеческое, различные виды звуков: божественные и человеческие, далёкие и близкие”?
“Нет, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, знаете ли вы умы других существ, других личностей, направив на них свой собственный ум.
[Должно быть], вы различаете ум со страстью как ум со страстью,
а ум без страсти как ум без страсти.
Вы различаете ум с отвращением как ум с отвращением,
а ум без отвращения, как ум без отвращения.
Вы различаете ум с невежеством как ум с невежеством,
а ум без невежества, как ум без невежества.
Вы различаете суженный ум как суженный ум,
расширенный ум, как расширенный ум.
Вы различаете увеличенный ум как увеличенный ум,
а не-увеличенный ум как не-увеличенный ум.
Вы различаете сильный ум [который ещё не достиг наивысшего уровня] как сильный ум,
и непревзойдённый в силе ум как непревзойдённый в силе ум.
Вы различаете сосредоточенный ум как сосредоточенный ум,
а не-сосредоточенный ум как не-сосредоточенный ум.
Вы различаете освобождённый ум как освобождённый ум,
а не-освобождённый ум как не-освобождённый ум?”
“Нет, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, вспоминаете ли вы свои многочисленные прошлые обители: одну жизнь, две жизни, три жизни, четыре, пять, десять, двадцать, тридцать, сорок, пятьдесят, сто, тысячу, сто тысяч, многие циклы распада мира, многие циклы эволюции мира, [вспоминая]: “Там у меня было такое-то имя, я жил в таком-то роду, имел такую-то внешность. Таковой была моя пища, таковым было моё переживание приятного и боли, таковым был конец моей жизни. Умерев в той жизни, я появился здесь. И там у меня тоже было такое-то имя… таковым был конец моей жизни. Умерев в той жизни, я появился [теперь уже] здесь”. Вспоминаете ли вы так свои многочисленные прошлые обители в подробностях и деталях?”
“Нет, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, видите ли вы за счёт божественного глаза, очищенного и превосходящего человеческий, смерть и перерождение существ, различаете ли вы низких и великих, красивых и уродливых, удачливых и неудачливых, в соответствии с их каммой: “Эти существа, что имели дурное поведение телом, речью и умом, оскорблявшие благородных, придерживавшиеся ошибочных взглядови действовавшие под влиянием ошибочных взглядов, с распадом тела, после смерти, рождаются в состоянии лишений, в плохих уделах, в нижних мирах, в аду. Но эти существа, что имели хорошее поведение телом, речью и умом, не оскорблявшие благородных, придерживавшиеся правильных взглядови действовавшие под влиянием правильных взглядов, с распадом тела, после смерти, рождаются в благом уделе, в небесных мирах”? Так, посредством божественного глаза, очищенного и превосходящего человеческий, видите ли вы смерть и перерождение существ, различаете низких и великих, красивых и уродливых, удачливых и неудачливых, в соответствии с их каммой?”
“Нет, друг”.
“В таком случае, зная и видя так, уважаемые, пребываете ли вы в тех умиротворённых освобождениях, которые выходят за пределы форм, [т.е.] в бесформенных достижениях, коснувшись их телом?”
“Нет, друг”.
“Так как же, уважаемые: такой ответ и отсутствие достижений этих состояний. Как такое может быть, друзья?”
“Мы освобождены пониманием, Сусима”.
“Я не понимаю в подробностях значение того, друзья, что было сказано вкратце уважаемыми.
Было бы хорошо, если бы уважаемые объяснили мне это так, чтобы я смог понять в подробностях то, о чём было сказано вкратце”.
“Понимаешь ли ты, друг Сусима, или же нет, [всё равно] мы освобождены пониманием”.
И тогда уважаемый Сусима поднялся с сиденья и отправился к Благословенному.
Подойдя, он поклонился Благословенному, сел рядом и рассказал Благословенному обо всей беседе, которая состоялась у него с теми монахами.
“Вначале, Сусима, возникает знание непреложности Дхаммы, а затем – знание ниббаны”.
“Я не понимаю в подробностях значение того, почтенный, что было сказано вкратце Благословенным.
Было бы хорошо, если бы Благословенный объяснил мне это так, чтобы я смог понять в подробностях то, о чём было сказано вкратце”.
“Понимаешь ли ты, Сусима, или же нет, [всё равно] вначале возникает знание непреложности Дхаммы, а затем – знание ниббаны4.
Как ты думаешь, Сусима,
форма надежна или ненадежна?”
“Ненадежна, почтенный”.
“А то, что ненадежно – то болезненно или приятно?”
“Болезненно, почтенный”.
“Можно ли считать ненадежное, болезненное, распадающееся явление таковым:
“Это моё, я таков, это моё “я”?
“Нет, почтенный”.
“Чувство…
восприятие…
составляющие…
сознание надежно или ненадежно?”
“Ненадежно, почтенный”.
“А то, что ненадежно – то болезненно или приятно?”
“Болезненно, почтенный”.
“Можно ли считать ненадежное, болезненное, распадающееся явление таковым:
“Это моё, я таков, это моё “я”?
“Нет, почтенный”.
“Поэтому, Сусима, любой вид формы – прошлой, настоящей, будущей, внутренней или внешней, грубой или утончённой, низкой или возвышенной, далёкой или близкой – всякую форму следует видеть как-есть правильным пониманием: “Это не моё, я не таков, это не моё “я”.
Любой вид чувства…
любой вид восприятия…
любой вид составляющих…
любой вид сознания – прошлого, настоящего, будущего, внутреннего или внешнего, грубого или утончённого, низкого или возвышенного, далёкого или близкого – всякое сознание следует видеть как-есть правильным пониманием: “Это не моё, я не таков, это не моё “я”.
Видя так, Сусима, обученный ученик Благородных испытывает разочарование [по отношению] к форме… чувству… восприятию… составляющим… сознанию.
Испытывая разочарование, он становится беспристрастным. Посредством беспристрастия [его ум] освобождён. Когда он освобождён, приходит знание: “Освобождён”.
Он понимает: “Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования”.
Видишь ли ты [так], Сусима: “С рождением как условием, старение-и-смерть [возникает]?”
“Да, почтенный”.
“Видишь ли ты [так], Сусима: “С существованием как условием…
цеплянием…
жаждой…
чувством…
контактом…
шестью сферами чувств…
именем-и-формой…
сознанием…
волевыми формирователями…
невежеством как условием, волевые формирователи [возникают]?”
“Да, почтенный”.
“Видишь ли ты [так], Сусима: “С прекращением рождения происходит прекращение старения-и-смерти?”
“Да, почтенный”
“Видишь ли ты [так], Сусима: “С прекращением существования…
…С прекращением невежества происходит прекращение волевых формирователей?”
“Да, почтенный”
“Зная и видя так, Сусима, обладаешь ли ты различными видами сверхъестественных сил, как то: будучи одним, ты становишься многими…?”
“Нет, почтенный”.
“В таком случае, зная и видя так, Сусима, слышишь ли ты за счёт божественного уха…?”
“Нет, почтенный”.
“В таком случае, зная и видя так, Сусима, знаешь ли ты умы других существ…?”
“Нет, почтенный”.
“В таком случае, зная и видя так, Сусима, вспоминаешь ли ты свои многочисленные прошлые обители…?”
“Нет, почтенный”.
“В таком случае, зная и видя так, Сусима, видишь ли ты за счёт божественного глаза…?”
“Нет, почтенный”.
“В таком случае, зная и видя так, Сусима, пребываешь ли ты в тех умиротворённых освобождениях, которые выходят за пределы форм, [т.е.] в бесформенных достижениях, коснувшись их телом?”
“Нет, почтенный”.
“Так как же, Сусима: такой ответ и отсутствие достижений этих состояний. Как такое может быть, Сусима?”
И тогда уважаемый Сусима упал в ноги Благословенному и сказал:
“Почтенный, я совершил проступок – столь глупым, столь запутанным, столь нелепым я был, что подобно вору я получил посвящение в этой хорошо провозглашённой Дхамме и Винае.
Учитель, пусть Благословенный простит меня за мой проступок, который я [теперь] увидел как проступок, чтобы впредь [я себя] сдерживал [в этом]”.
“Вне сомнений, Сусима, ты совершил проступок – столь глупым, столь запутанным, столь нелепым ты был, что подобно вору ты получил посвящение в этой хорошо провозглашённой Дхамме и Винае.
Это как, Сусима, если бы арестовали бандита, преступника, и привели бы его к царю, сказав:
“Ваше Величество, этот человек – бандит, преступник. Наложите на него такое наказание, которое сочтёте нужным”.
Царь сказал бы:
“Ну же, господа, скрутите его руки за спиной крепкой верёвкой, постригите его налысо, водите его под дробь звонкого барабана по улицам, от перекрёстка до перекрёстка, выведите его через южные ворота и там, к югу от города, отрубите ему голову”.
Как ты думаешь, Сусима,
испытал бы в этом случае тот человек боль и недовольство?”
“Да, почтенный”.
“И хотя этот человек испытал бы в этом случае боль и недовольство,
[всё же если] получение посвящения в этой хорошо провозглашённой Дхамме и Винае [осуществляется] как воровство, то это имеет куда более болезненные, куда более мучительные последствия, и ведёт в нижние миры.
Но поскольку ты увидел свой проступок как проступок и исправил его в соответствии с Дхаммой, мы прощаем тебя за это.
Поскольку это является ростом в Учении Благородных – когда кто-либо видит проступок как проступок и исправляет его в соответствии с Дхаммой, предпринимая воздержание [от совершения подобного] в будущем”.
Десятая.
Большая Глава Седьмая.
Оглавление
