Сутта Кундалия
Одно время Благословенный располагается в Сакете в Оленьем Парке в Роще Аньджаны.
И тогда странник Кундалия подошёл к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями.
После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал Благословенному:
“Мастер Готама, я тот, кто гостит в монашеских парках и в различных собраниях.
После принятия пищи, после завтрака, я обычно слоняюсь и скитаюсь
из парка в парк, из сада в сад.
Там я встречаю неких шраманов и брахманов, занятых беседами с целью отстоять свои тезисы и опровергнуть [тезисы других].
Но какова цель, ради которой живёт Мастер Готама?”
“Кундалия, Татхагата живёт ради [принесения другим] пользы и плода истинного знания и освобождения”.
“Но, Мастер Готама, что же нужно развить и взрастить, чтобы исполнить истинное знание и освобождение?”
“Семь аспектов Пробуждения, Кундалия, будучи развитыми и взращенными, исполняют истинное знание и освобождение”.
“Но, Мастер Готама, что же нужно развить и взрастить, чтобы исполнить семь аспектов Пробуждения?”
“Четыре установления памятования, Кундалия, будучи развитыми и взращенными, исполняют семь аспектов Пробуждения”.
“Но, Мастер Готама, что же нужно развить и взрастить, чтобы исполнить четыре установления памятования?”
“Три вида благого поведения, Кундалия, будучи развитыми и взращенными, исполняют четыре установления памятования”.
“Но, Мастер Готама, что же нужно развить и взрастить, чтобы исполнить три вида благого поведения?”
“Сдержанность органов чувств, Кундалия, будучи развитой и взращенной, исполняет три вида благого поведения.
И как, Кундалия, сдержанность чувств, будучи развитой и взращенной, исполняет три вида благого поведения?
Вот, Кундалия, увидев приятную форму глазом, монах не жаждет её, не становится возбуждённым ею, не порождает к ней страсть.
Его тело устойчиво, его ум устойчив, тщательно внутренне собран и хорошо освобождён.
Увидев неприятную форму глазом, его не одолевает смятение, недовольство, угнетённость, недоброжелательность.
Его тело устойчиво, его ум устойчив, тщательно внутренне собран и хорошо освобождён.
Далее, Кундалия, услышав приятный звук ухом…
унюхав приятный запах носом…
ощутив приятный вкус языком…
почувствовав приятное тактильное ощущение телом…
познав приятное явление умом, монах не жаждет его, не становится возбуждённым им, не порождает к нему страсть.
Его тело устойчиво, его ум устойчив, тщательно внутренне собран и хорошо освобождён.
Познав неприятное явление умом, его не одолевает смятение, недовольство, угнетённость, недоброжелательность.
Его тело устойчиво, его ум устойчив, тщательно внутренне собран и хорошо освобождён.
И как, Кундалия, три вида благого поведения, будучи развитыми и взращенными, исполняют четыре установления памятования?
Вот, Кундалия, отбросив неблагое поведение телом, монах развивает благое поведение телом. Отбросив неблагое поведение речью, монах развивает благое поведение речью. Отбросив неблагое поведение умом, монах развивает благое поведение умом.
Вот так три вида благого поведения, будучи развитыми и взращенными, исполняют четыре установления памятования.
И как, Кундалия, четыре установления памятования, будучи развитыми и взращенными, исполняют семь аспектов Пробуждения?
Вот, Кундалия, монах пребывает в наблюдении тела в теле, будучи старательным, сознательным, памятующим, устранив влечение и недовольство к миру.
в чувствах…
в уме…
явлений в явлениях, будучи старательным, сознательным, памятующим, устранив влечение и недовольство к миру.
Вот так четыре установления памятования, будучи развитыми и взращенными, исполняют семь аспектов Пробуждения.
И как, Кундалия, семь аспектов Пробуждения, будучи развитыми и взращенными, исполняют истинное знание и освобождение?
Вот, Кундалия, монах развивает памятование как аспект Пробуждения, который основывается на отречении, бесстрастии, прекращении, созревает в оставлении…
невозмутимость как аспект Пробуждения, который основывается на отречении, бесстрастии, прекращении, созревает в оставлении.
Вот так семь аспектов Пробуждения, будучи развитыми и взращенными, исполняют истинное знание и освобождение”.
Когда так было сказано, странник Кундалия обратился к Благословенному:
“Великолепно, Мастер Готама! Великолепно, Мастер Готама!
Как если бы он поставил на место то, что было перевёрнуто, раскрыл бы спрятанное, показал путь тому, кто потерялся, внёс бы лампу во тьму, чтобы зрячий да мог увидеть, точно также Благословенный различными способами прояснил Дхамму.
Я принимаю прибежище в Мастере Готаме, прибежище в Дхамме и прибежище в Сангхе монахов.
Пусть Мастер Готама помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь”.
Шестая.
