Сутта Гайя

Одно время Благословенный располагается возле Гайи на [холме] Гайясиса.

Здесь Благословенный обратился к монахам…

“Монахи, до моего пробуждения, пока я всё ещё был непробужденным бодхисаттой, я воспринимал только свет, но я не видел форм.

Мысль пришла ко мне, монахи:

“Если я буду воспринимать свет, а также видеть формы,

то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.

Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет, а также видел формы.

Но, всё же, я не общался с этими божествами, не беседовал с ними, не вовлекался с ними в разговоры.

Мысль пришла ко мне, монахи:

“Если я буду воспринимать свет и видеть формы, а также общаться с этими божествами, беседовать с ними, вовлекаться с ними в разговоры,

то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.

Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет и видел формы, а также общался с этими божествами, беседовал с ними, вовлекался с ними в разговоры.

Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:

“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств”.

Мысль пришла ко мне, монахи:

“Если я буду воспринимать свет и видеть формы, общаться с этими божествами, беседовать с ними, вовлекаться с ними в разговоры, а также знать об этих божествах:

“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств” –

то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.

Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет и видел формы, общался с этими божествами, беседовал с ними, вовлекался с ними в разговоры, и я также знал об этих божествах [следующее]:

“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств”.

Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:

“После смерти здесь, эти божества переродились там в результате этой каммы”.

Так, спустя некоторое время… я знал об этих божествах:

“После смерти здесь, эти божества переродились там в результате этой каммы”.

Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:

“В результате этой каммы, эти божества существуют [здесь, питаясь] такой-то едой и переживают такое-то приятное и боль”…

я знал об этих божествах:

“В результате этой каммы, эти божества существуют [здесь, питаясь] такой-то едой и переживают такое-то приятное и боль”.

Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:

“В результате этой каммы эти божества имеют срок жизни такой-то длины”.

Мысль пришла ко мне, монахи:

“В результате этой каммы эти божества имеют срок жизни такой-то длины”.

Но, всё же, я не знал, жил ли я [сам] с этими божествами прежде [в прошлых рождениях], или же нет.

Мысль пришла ко мне, монахи:

“Если я буду воспринимать…

я знал о том, жил ли я [сам] с этими божествами прежде [в прошлых рождениях], или же нет.

Покуда, монахи, моё знание и видение в отношении дэвов с его восемью гранями не было тщательно очищено, я не заявлял о том, что пробудился в непревзойдённое правильное пробуждение в мире с дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями шраманов и брахманов, богов и людей.

Но когда моё знание и видение в отношении дэвов с его восемью гранями было тщательно очищено, то тогда я заявил, что пробудился в непревзойдённое правильное пробуждение в мире с дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями шраманов и брахманов, богов и людей.

Знание и видение возникли у меня:

“Непоколебимо моё освобождение. Это последнее рождение. Не будет более нового существования”.

Четвёртая.