Сутта Нагара
В Саваттхи располагается.
“Монахи, до моего пробуждения, когда я всё ещё был не пробуждённым бодхисаттой, мысль пришла ко мне:
“Увы, этот мир попал в беду в том [смысле], что он рождается, стареет и умирает, он прекращается и перерождается,
и всё же не понимает спасения от этой боли, старения-смерти.
Так когда же будет выявлено спасение от этой боли, старения-смерти?
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне:
“Что наличествует, так что возникает старение-и-смерть? Чем обусловлено старение-и-смерть?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда есть рождение, то старение-и-смерть возникает. Старение-и-смерть имеет рождение своим условием”.
Затем, монахи, мысль пришла ко мне:
“Что наличествует, так что возникает рождение?…
существование?…
цепляние?…
жажда?…
чувство?…
контакт?…
шесть сфер чувств?…
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне: “Что наличествует, так что возникает имя-и-форма?
Чем обусловлена имя-и-форма?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда есть сознание, то имя-и-форма возникает. Имя-и-форма имеет сознание своим условием”.
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне:
“Что наличествует, так что возникает сознание? Чем обусловлено сознание?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда есть имя-и-форма, то сознание возникает. Сознание имеет имя-и-форму своим условием”.
И тогда, монахи, мысль пришла ко мне:
“Это сознание поворачивает обратно. Оно не выходит за пределы имени-и-формы.
Вот до какой степени кто-либо может родиться, состариться и скончаться, умереть и переродиться, то есть –
когда есть сознание с именем-и-формой как условием, и [есть] имя-и-форма с сознанием, как условием.
С именем-и-формой как условием, шесть сфер чувств [возникают]…
контакт…
Таково происхождение всей этой груды боли”.
“Возникновение, возникновение” – так, монахи, в отношении учений, неслыханных прежде, видение возникло у меня, знание, понимание, истинное знание и свет.
Затем, монахи, мысль пришла ко мне:
“Что не наличествует, так что не возникает старение-и-смерть?
С прекращением чего происходит прекращение старения-и-смерти?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда нет рождения, то старение-и-смерть не возникает.
С прекращением рождения происходит прекращение старения-и-смерти”.
Мысль пришла ко мне:
“Что не наличествует, так что не возникает рождение…
существование…
цепляние…
жажда…
чувство…
контакт…
шесть сфер чувств…
имя-и-форма.
С прекращением чего происходит прекращение имени-и-формы?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда нет сознания, то имени-и-формы не возникает.
С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы”.
Мысль пришла ко мне:
“Что не наличествует, так что не возникает сознание?
С прекращением чего происходит прекращение сознания?”
И тогда, монахи, через тщательно [направленное] внимание, постижение посредством понимания возникло у меня:
“Когда нет имени-и-формы, то сознание не возникает.
С прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания”.
Тогда, монахи, мысль пришла ко мне:
“Я открыл этот путь к пробуждению,
то есть, с прекращением имени-и-формы происходит прекращение сознания.
С прекращением сознания происходит прекращение имени-и-формы.
С прекращением имени-и-формы происходит прекращение шести сфер чувств…
контакта…
Таково прекращение всей этой груды боли”.
“Прекращение, прекращение” – так, монахи, в отношении учений, не слышанных прежде, видение возникло у меня, знание, понимание, истинное знание и свет.
Это как, монахи, если бы человек, скитающийся по лесу, увидел бы древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом.
Он бы пошёл этой дорогой
и увидел бы древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами – восхитительное место.
И тот человек сообщил бы царю или царскому министру:
“Ваше Величество, знайте же, что по мере того как я скитался по лесу, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой путешествовали люди в прошлом.
Я пошёл этой дорогой и увидел древний город, древнюю столицу, в прошлом населённую людьми, с парками, рощами, прудами, бастионами – восхитительное место.
Восстановите этот город, Ваше Величество!”
И тогда царь или царский министр восстановил бы этот город,
и через некоторое время этот город стал бы успешным и процветающим, густо населённым, переполненным людьми, разрастающимся и расширяющимся.
Точно так же, монахи, я увидел древний путь, древнюю дорогу, по которой шли Правильно Пробуждённые прошлого.
И что это за древний путь, древняя дорога?
Это именно этот самый Благородный Восьмеричный Путь, то есть:
правильный взгляд… Правильное Сосредоточение.
Я пошёл этим путём и, сделав так,
я напрямую познал старение-и-смерть,
его возникновение,
его прекращение,
и путь, ведущий к его прекращению.
Я напрямую познал р
ождение…
существование…
цепляние…
жажду…
чувство…
контакт…
шесть сфер чувств…
имя-и-форму…
сознание…
волевые формирователи,
их возникновение,
их прекращение,
и путь, ведущий к их прекращению.
Напрямую познав их, я объяснил их монахам, монахиням, мирянам и мирянкам.
Эта святая жизнь, монахи, стала успешной и процветающей, распространённой, знаменитой, известной и хорошо провозглашённой среди богов и людей”.
Пятая.
