Прилежание (II)
В условиях Саваттхи.
Сидя рядом, царь Пасенади Косальский обратился к Благословенному:
“Так вот, почтенный, по мере того как я пребывал уединённым в затворничестве, следующее раздумье возникло у меня в уме:
„Дхамма хорошо была разъяснена Благословенным, и она для того, у кого хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи, а не для того, у кого плохие друзья, плохие спутники, плохие товарищи“”. [1]
“Так оно, великий царь! Так оно, великий царь!
Дхамма хорошо была разъяснена мной, и она для того, у кого хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи, а не для того, у кого плохие друзья, плохие спутники, плохие товарищи.
Однажды, великий царь, я проживал в стране Сакьев, в городе Сакьев под названием Нагарака. [2]
И тогда монах Ананда подошёл ко мне, поклонился, сел рядом и сказал:
„Уважаемый, такова половина святой жизни — то есть, хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи“.
Когда так было сказано, великий царь, я ответил монаху Ананде:
„Не так оно, Ананда! Не так оно, Ананда!
Такова вся святая жизнь целиком, Ананда, — то есть хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи.
Когда у монаха есть хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, то можно ожидать, что он разовьёт и взрастит Благородный восьмеричный путь.
И как, Ананда, монах, у которого хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, развивает и взращивает Благородный восьмеричный путь?
Вот, Ананда, монах развивает правильный взгляд, который поддерживается уединением, бесстрастием, прекращением и созревают в оставлении. Он развивает правильное устремление… правильную речь… правильные действия… правильные средства к жизни… правильное усилие… правильное памятование… правильное сосредоточение, которое поддерживается уединением, бесстрастием, прекращением и созревает в оставлении.
Вот так, Ананда, этот монах, у которого есть хороший друг, хороший спутник, хороший товарищ, развивает и взращивает Благородный восьмеричный путь.
И ещё с помощью следующего метода объяснения также, Ананда, можно понять, почему вся святая жизнь целиком представляет собой хороших друзей, хороших спутников, хороших товарищей:
полагаясь на меня как на хорошего друга, Ананда, существа, подверженные рождению, освобождаются от рождения; существа, подверженные старению, освобождаются от старения; существа, подверженные смерти, освобождаются от смерти; существа, подверженные страданию, плачу, боли, недовольству и тоске, освобождаются от страдания, плача, боли, недовольства и тоски.
Посредством этого метода объяснения, Ананда, также можно понять, почему вся святая жизнь целиком представляет собой хороших друзей, хороших спутников, хороших товарищей“.
Поэтому, великий царь, ты должен тренироваться так:
„Я буду тем, у кого хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи“.
Когда, великий царь, у тебя хорошие друзья, хорошие спутники, хорошие товарищи, то тебе следует пребывать, опираясь на одну вещь:
на прилежание в благих состояниях ума. [3]
Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, то свита женщин твоего гарема будет думать так:
„Царь пребывает в прилежании, опираясь на прилежание.
Почему бы нам тоже не пребывать в прилежании, опираясь на прилежание?“.
Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, то свита твоих князей-кхаттиев будет думать так…
твои воины будут думать так…
твои подданные в городе и в сельской местности будут думать так:
„Царь пребывает в прилежании, опираясь на прилежание.
Почему бы нам тоже не пребывать в прилежании, опираясь на прилежание?“.
Когда, великий царь, ты пребываешь в прилежании, опираясь на прилежание, ты сам будешь защищён и охраняем,
свита женщин твоего гарема будет защищена и охраняема, твоя сокровищница и хранилище будут защищены и охраняемы”.
И далее он добавил:
“И хочет кто богатств великих
непрерывный ряд,
То для того мудрец восхвалит прилежание
В свершении поступков, что заслуги принесут.
Прилежный мудрый человек
Оберегает оба эти блага:
То благо, видимое в этой жизни,
А также благо в жизни, что придёт.
Кто непреклонен, достигая блага,
Зовётся человеком мудрым”.
