Сутта Дротик

“Монахи, необученный заурядный человек испытывает приятное чувство, болезненное чувство, ни-болезненное-ни-приятное чувство.

Обученный ученик Благородных тоже испытывает приятное чувство, болезненное чувство, ни-болезненное-ни-приятное чувство.

Так в чём же, монахи, разница, в чём несоответствие, в чём отличие между обученным учеником Благородных и необученным заурядным человеком?”

“Учитель, наши учения укоренены в Благословенном, направляемы Благословенным, находят пристанище в Благословенном. Было бы хорошо, если бы Благословенный [сам] прояснил значение этого утверждения. Услышав это из его уст, монахи запомнят это”.“Тогда слушайте внимательно, монахи. Я буду говорить”.“Да, Учитель” – ответили монахи. Благословенный сказал:

“Монахи, когда необученный заурядный человек встречается с болезненным телесным чувством, он печалится, горюет и плачет. Он рыдает, бьёт себя в грудь, становится обезумевшим.

Он испытывает два чувства -

телесное и умственное.

Это как если бы человека пронзили бы дротиком,

а затем его тут же вслед пронзили бы вторым дротиком,

так что этот человек ощутил бы чувство, вызванное [ударом] двух дротиков.

Точно так же, когда необученный заурядный человек встречается с болезненным телесным чувством, он печалится, горюет и плачет. Он рыдает, бьёт себя в грудь, становится обезумевшим.

Он испытывает два чувства –

телесное и умственное.

Встречаясь с этим же самым болезненным чувством, он питает к нему отвращение.

Когда он питает отвращение к болезненному чувству, то в этой ситуации за этим стоит скрытая склонность к отторжению в отношении болезненного чувства.

Встречаясь с болезненным чувством, он ищет наслаждения в желаниях.

И почему?

Потому что необученный заурядный человек не знает какого-либо спасения от болезненного чувства, кроме как желение.

Когда он ищет наслаждения в желаниях, то в этой ситуации за этим стоит скрытая склонность к страсти в отношении приятного чувства.

Он не понимает как-есть происхождения и исчезновения, привлекательности, опасности и спасения в отношении этих чувств.

Когда он не понимает этих явлений, то в этой ситуации за этим стоит скрытая склонность к невежеству в отношении ни-болезненного-ни-приятного чувства.

Если он ощущает приятное чувство, он ощущает его, прицепившись [к нему].

Если он ощущает болезненное чувство, он ощущает его, прицепившись.

Если он ощущает ни-болезненное-ни-приятное чувство, он ощущает его, прицепившись.

Таков, монахи, необученный заурядный человек, который связан рождением, старением, умиранием; страданиями, плачами, болями, недовольствами, тяготами; который связан болью, я говорю вам.

Монахи, когда обученный ученик Благородных встречается с болезненным телесным чувством, он не печалится, не горюет и не плачет. Он не рыдает, не бьёт себя в грудь, не становится обезумевшим.

Он ощущает [только] одно чувство –

телесное, но не умственное.

Это как если бы человека пронзили бы дротиком,

но тут же вслед не пронзили бы вторым дротиком,

так что этот человек ощутил бы чувство, вызванное [ударом] только одного дротика.

Точно так же, когда обученный ученик Благородных встречается с болезненным телесным чувством, он не печалится, не горюет и не плачет. Он не рыдает, не бьёт себя в грудь, не становится обезумевшим.

Он ощущает [только] одно чувство –

телесное, но не умственное.

Встречаясь с этим же самым болезненным чувством, он не питает к нему отвращения.

Так как он не питает отвращения к болезненному чувству, то в этой ситуации за этим не стоит скрытой склонности к отторжению в отношении болезненного чувства.

Встречаясь с болезненным чувством, он не ищет наслаждения в желаниях.

И почему?

Потому что обученный ученик Благородных знает спасение от болезненного чувства, отличное от желания.

Поскольку он не ищет наслаждения в желаниях, то в этой ситуации за этим не стоит скрытой склонности к страсти в отношении приятного чувства.

Он понимает как-есть и скапливание и захождение, привлекательность, опасность и спасение в отношении этих чувств.

Поскольку он понимает эти явления, то в этой ситуации за этим не стоит скрытой склонности к невежеству в отношении ни-болезненного-ни-приятного чувства.

Если он ощущает приятное чувство, он ощущает его, отсоединившись [от него].

Если он ощущает болезненное чувство, он ощущает его, отсоединившись.

Если он ощущает ни-болезненное-ни-приятноечувство, он ощущает его, отсоединившись.

Таков, монахи, обученный ученик Благородных, который отсоединился от рождения, старения и смерти; который отсоединился от страдания, плача, боли, недовольства и тоски; который отсоединился от боли, я говорю вам”.

В этом разница между обученным учеником благородных и необученным заурядным человеком.

Мудрец, обученный, не ощущает

Приятного, болезненного [умственного] чувства.

В этом его великое отличие

От заурядного простолюдина.

В обученном, постигшим Дхамму,

Кто ясно видит этот мир и следующий,

Желанное не провоцирует сознания,

А к нежеланному нет отвращения [у него].

Влечения и отторжения в нём больше не найти,

Ведь погасил обоих он, конец им положил.

Познав чистейшее и беспечальное,

Преодолев существование, он понимает правильно”.

Шестая.