Сутта Кокалика

Так мной услышано.

Одно время Благословенный располагается в Саваттхи в Роще Джеты в монастыре Анатхапиндики.

И тогда монах Кокалика подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:

“Учитель, Сарипутта и Моггаллана имеют порочные желания. Они попали под влияние порочных желаний”.

Когда так было сказано, Благословенный обратился к монаху Кокалике:

“Не говори так, Кокалика! Не говори так, Кокалика!

Утверди доверие к Сарипутте и Моггаллане, Кокалика.

Сарипутта и Моггаллана добродетельны”.

И во второй раз…

И в третий раз монах Кокалика сказал Благословенному:

“Учитель, хотя Благословенный обладает моей верой и доверием к нему, всё же, [я утверждаю], что Сарипутта и Моггаллана имеют порочные желания. Они попали под влияние порочных желаний”.

И в третий раз Благословенный обратился к монаху Кокалике:

“Не говори так, Кокалика! Не говори так, Кокалика!

Утверди доверие к Сарипутте и Моггаллане, Кокалика.

Сарипутта и Моггаллана добродетельны”.

И тогда монах Кокалика встал с сиденья, поклонился Благословенному и ушёл, обойдя его с правой стороны.

И вскоре после того как монах Кокалика ушёл, всё его тело покрылось фурункулами размером с горчичное зерно.

Затем эти фурункулы выросли до размера горошин. Затем они выросли до размера бобов нута. Затем, до размера зёрен ююбы. Затем, до размера плодов ююбы. Затем, до размера плодов миробалана. Затем, до размера незрелых плодов баиля. Затем до размера спелых плодов баиля. И когда они выросли до размера спелых плодов баиля, они вскрылись, извергая кровь и гной.

И тогда из-за этой болезни монах Кокалика скончался,

и, поскольку он питал враждебность к Сарипутте и Моггаллане, после смерти он переродился в аду Падумы.

И когда наступила глубокая ночь, Брахма Сахампати, [обладающий] поразительной красотой, освещая всю рощу Джеты, подошёл к Благословенному, поклонился ему, встал рядом и сказал ему:

“Господин, монах Кокалика скончался,

и, поскольку он питал враждебность к Сарипутте и Моггаллане, после смерти он переродился в аду Падумы”.

Так сказал Брахма Сахампати.

Сказав так, он поклонился Благословенному и, обойдя его с правой стороны, исчез.

И когда минула ночь, Благословенный обратился к монахам так:

“Монахи, прошлой ночью, когда наступила глубокая ночь, Брахма Сахампати подошёл ко мне и сказал…

Сказав так, он поклонился мне и, обойдя меня с правой стороны, исчез”.

Когда так было сказано, один монах сказал Благословенному:

“Учитель, какой длины жизненный срок в аду Падумы?”

“Монах, жизненный срок в аду Падумы долог.

Непросто подсчитать это и сказать, что он [длится] столько-то лет, столько-то сотен лет, столько-то тысяч лет или столько-то сотен тысяч лет”.

“Но можно ли привести пример, Учитель?”

“Можно, монах” сказал Благословенный:

“Это как, монах, косальская повозка, что нагружена двадцатью мерами горчичных зерён. В конце каждого столетия приходил бы человек и брал оттуда одно зёрнышко.

Благодаря этим усилиям та косальская повозка с двадцатью мерами горчичных зерён опустела бы и истощилась куда быстрее, чем минул бы один ад Аббуды.

Двадцать адов Аббуды равноценны одному аду Нираббуды.

Двадцать адов Нираббуды равноценны одному аду Абабы.

Двадцать адов Абабы равноценны одному аду Ататы.

Двадцать адов Ататы равноценны одному аду Ахахи.

Двадцать адов Ахахи равноценны одному аду Кумуды.

Двадцать адов Кумуды равноценны одному аду Согандхике.

Двадцать адов Согандхики равноценны одному аду Уппалаки.

Двадцать адов Уппалаки равноценны одному аду Пундарике.

Двадцать адов Пундарики равноценны одному аду Падумы.

Монах, и вот монах Кокалика переродился в аду Падумы, поскольку питал враждебность к Сарипутте и Моггаллане”.

Так сказал Благословенный.

И сказав так, Счастливейший, Учитель, далее добавил:

“Когда происходит чьё-либо рождение,

Во рту зарождается также топор,

Которым глупец разрубает себя,

Когда клевету он разносит вокруг.

А если возносит он восхваления

Тому, кто достоин одних порицаний,

То ртом он своим собирает неудачу,

И этим приятное не находит.

Несоизмерим этот неудачный бросок,

когда в кости проигрывающий богатство;

И всего и вместе с собой,

Но это более великий неудачный бросок,

Когда ты к другому злобу питаешь.

В течение аж нираббуд сотни тысяч,

Ещё тридцать шесть, и ещё пять аббуд,

В аду проведёт клеветник на достойных,

Устремив речь и ум-представление плохому.

Ведь несуть говорчщий, в ад попадает,

Как тот, кто сделав: “Не делал такого” говорит;

Когда умирают, то оба похожи,

С основой поступков в том мире, что будет.

Когда невиновного кто опорочит,

Кого-то, кто чист, не имеет кто пятен,

Вернётся к глупцу самому тогда зло,

Как пыль, что метнул против ветра [глупец].

Тот, кто на жадности свойство настроен,

Словом своим он других оскорбляет.

Скаредный, низкий, без веры, скупой –

Распри посеять он словом готов.

Лжец, сквернословящий, низкого сорта,

Детоубийца, злодей и преступник,

Низкий, ничтожный и неудачник –

Лучше молчи, ибо ад – твой удел.

Бросил ты пыль к своему же вреду

В миг тот, злодей, когда ты клеветал.

Много дурных всяких дел совершив,

В бездну на долгое время пойдёшь.

Деятельность свою ведь нельзя потерять –

Так, возвратится к владельцу она.

Боль в другом мире олух,

В себе видит негодяй.

К месту, где на кол сажают, придёт:

Лезвия, крючья, железные колья.

Словно горячий метал там еда –

Как подобает [поступкам его].

Речи [слуг ада] не мягки отнюдь –

Не приютят и [помочь] не спешат.

[Жители ада] на углях лежат,

Входят в горящую груду огня.

Ловят их в сети [те слуги ада],

И молотками железными бьют.

Мрак ослепляющий их настигает,

Словно туман простирается [вдаль].

В медный котёл они падают после,

Что суть горящая груда огня.

Варятся там они долгое время,

Всплыв, в этой груде огня утопают.

Смешанный с гноем и кровью [своей],

Варится в этом [котле] негодяй;

К месту какому он ни устремится,

Там от контакта он мучается.

Варится [после] в воде негодяй,

Там, где обитель [хищных] червей.

Берега нет здесь, куда бы уплыть,

Ведь в тех котлах всюду всё как одно.

В лес острых листьев вступают они,

[Листья] остры, разрубают тела.

И, зацепив крюками язык,

[Ада служители] бьют по нему.

Дальше подходят к [реке] Ветарани –

Неодолима и лезвий [полна].

Олухи падают прямо в неё –

Все негодяи с их злыми делами.

Там они плачут и в это время

Буро-пятнистые псы их сжирают,

Стаи ворон, а также шакалы,

Ястребы, вороны их там клюют.

Очень трудна жизнь в этом месте,

И негодяй увидит [всё это].

А потому в своей жизни остатке

Нужно ответственным быть, не беспечным.

Мудрый сложил все те зёрна горчицы,

С коими сравнен [срок жизни] в Падуме:

Пять сотен коти нахут получилось,

Сто двадцать коти добавить ещё.

Сказано было, сколь боли в адах,

И сколько времени в них проведёшь.

А потому охраняй ум и речь

С теми, кто благостен, нравственен, чист”.

Сутта Кокалика Десятая.