Сутта Мегхия
Так мной услышано.
Когда Благословенный жил на холме Чалика,
в то время преподобный Mегхия был помощником Благословенного.
И вот как то раз преподобный Mегхия пришел к Благословенному и, высказав ему свое почтение, попросил:
“Я бы хотел пойти в деревню Джанду просить еду, о Преподобный”.
“Делай то, что считаешь нужным” — был ответ.
Тогда преподобный Mегхия, взяв рясу, мантию и чашу, отправился в деревню.
Поев и возвращаясь обратно, он проходил мимо берега реки Кимикалы
и заметил чудесную рощу манговых деревьев.
Осмотрев ее, он подумал:
“Эта роща так чудесна! Она идеально подойдет мне для практики медитации!
Если Благословенный позволит мне, я обязательно вернусь сюда практиковать”.
Вернувшись к Благословенному преподобный Мегхия, рассказал ему о роще и попросил разрешения отправиться туда и практиковать…
“Сейчас в монастыре только ты и я, о Мегхия, подожди возвращения других монахов”.
“Преподобный, у Благословенного уже нет работы которую следует закончить,
у меня же есть еще столько всего, что следует пережить и познать!
Если бы Благословенный разрешил мне пойти в рощу, я бы сейчас же начал практиковать”.
Благословенный во второй раз попросил преподобного Мегхию подождать,
но тот, продолжая настаивать, в третий раз обратился к Учителю с той же просьбой.
“Раз ты говоришь о старании, Мегхия — Что я могу сказать?
Делай то, что задумал”.
И тогда преподобный Мегхия, высказав почтение, оставил Благословенного и отправился в манговую рощу.
Когда же уважаемый Мегхия занялся там медитацией его ум не мог успокоится из-за постоянно возникающих мыслей
желаний, гнева и жестокости.
“Невероятно! Очень странно!
Во мне, оставившем мирскую жизнь монахе, возникают подобные мысли?!”
Вечерело и преподобный Мегхия отправился обратно в монастырь. Придя туда, он навестил Благословенного и недоуменно рассказал Учителю о том, что произошло.
“Пока ум, о Мегхия, еще не до конца утвержден в Пробуждении, монаху следует развивать пять явлений, помогающих ему в этом.
Какие пять?
Монаху следует жить рядом с искусным и опытным учителем, в окружении людей искренне следующих правилам святой жизни.
Если ум еще не утвердился в пробуждении это будет первой причиной для его развития.
Так же, о Мегхия, монаху следует быть искусным в самодисциплине, соблюдать предписания Патимоккхи, вести правильный образ жизни и, боясь совершения малейшего греха, придерживаться правил которые он обещал соблюдать.
Если ум еще не утвердился в пробуждении это будет второй причиной для его развития.
Так же, о Мегхия, монах должен уметь легко и ненапряженно говорить о том, что помогает направлять ум к абсолютному отказу от чувственного, невлечению, растворению, миру, прямому переживанию пробуждения и Ниббане. К этому ведут беседы о желании малого, об одиночестве и уединении, о приложении всех усилий, о самоконтроле, о сосредоточении ума, о понимании, об Освобождении и переживании этого Освобождения.
Если ум еще не утвердился в пробуждении это будет третьей причиной для его развития.
Так же, о Мегхия, монах должен стараться жить с энергичными усилиями направленными на избавление от нездоровых и развитии полезных состояний ума; ему следует быть упорным, энергичным и жадным по отношению к утверждению в добродетели.
Если ум еще не утвердился в Пробуждении это будет четвертой причиной для его развития.
Так же, о Мегхия, монах должен быть мудрым, имеющим правильное понимание присущее истинно Благородным существам ведущее к правильному окончанию боли.
Если ум еще не утвердился в пробуждении это будет пятой причиной для его развития.
Монах окруженный хорошими и искусными людьми без сомнения будет самодисциплинированным и нравственным.
В окружении искусных друзей, дисциплинированный и нравственный, он без сомнений будет вести беседы ведущие к невлечению и переживанию освобождения.
В окружении искусных друзей, дисциплинированный и нравственный, ведущий искусные беседы, он без сомнений будет жить с усилием и энергией, направленными на утверждении в добродетели.
В окружении искусных друзей, дисциплинированный и нравственный, ведущий искусные беседы, живущий с энергией и усилиями, он без сомнений будет мудрым и утвержденным в правильном, достойным Благородных людей, понимании.
Монаху, утвердившемуся в этих пяти явлениях, так же следует развивать четыре дополнительных явления:
размышление о непривлекательности должно быть развито для преодоления похоти; мысли дружелюбия следует развивать для победы над гневом; внимательность к дыханию растворяет появляющиеся мысли; восприятие ненадёжности следует развивать для преодоления представления “я есть”.
Когда монах наблюдает ненадёжного, о Мегхия, он ясно утверждается в восприятии безсамостного.
А когда он крепко утвердился в этом — он избавляется от представления “я есть”, что называется мною переживанием Ниббаны в видимой действительности”.
Тогда, осознав значимость этого момента, Господин сформулировал вдохновленные гатхи:
Грубые мысли, тонкие мысли
Умственные колебания всегда сопутствуют человеку.
Не понимая их природы,
Человек постоянно мечется, управляемый собственным умом.
Но поняв природу мыслей,
Он прилежно и внимательно успокоит их.
¿колебания ума так привычные каждому,
¿Полностью Пробуждённый навсегда оставил“.
Первая.
