Очищение еды, полученной с подаяний
Так я слышал.
Однажды Благословенный пребывал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в Беличьем Святилище.
И тогда, вечером, достопочтенный Сарипутта вышел из медитации и отправился к Благословенному. Поклонившись ему, он сел рядом. Затем Благословенный сказал ему:
«Сарипутта, твои способности чисты. Цвет твоей кожи чистый и яркий.
Сарипутта, в каком пребывании сейчас ты часто пребываешь?»
«Уважаемый, я часто пребываю в пустотности».
«Хорошо, хорошо, Сарипутта!
Воистину, сейчас ты часто пребываешь в пребывании великого человека.
Ведь это пребывание великого человека, то есть, пустотность.
Сарипутта, если монах пожелает:
«Пусть я сейчас буду часто пребывать в пустотности» – то ему следует рассуждать так:
«По дороге, по которой я шёл в деревню за подаяниями, или же в месте, где я ходил собирать подаяния, или же по дороге, по которой я возвращался с хождения за подаяниями, было ли какое-либо желание, страсть, злоба, заблуждение, или же отвращение в моём уме по отношению к формам, познаваемым глазом?»
Если, пересматривая свой ум, монах знает:
«По дороге… было желание, страсть, злоба, заблуждение, или же отвращение в моём уме... » – то ему следует приложить усилие для отбрасывания этих плохих неблагих состояний.
Но если, пересматривая свой ум, монах знает:
«По дороге… не было желания… отвращения…» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«По дороге, по которой я шёл в деревню за подаяниями, или же в месте, где я ходил собирать подаяния, или же по дороге, по которой я возвращался с хождения за подаяниями, было ли какое-либо желание, страсть, злоба, заблуждение, или же отвращение в моём уме по отношению к звукам, познаваемым ухом...
запахам, познаваемым носом…
вкусам, познаваемым языком…
осязаемым вещам, познаваемым телом...
умственным феноменам, познаваемым умом?»
Если, пересматривая свой ум, монах знает:
«По дороге… было желание, страсть, злоба, заблуждение, или же отвращение в моём уме... » – то ему следует приложить усилие для отбрасывания этих плохих неблагих состояний.
Но если, пересматривая свой ум, монах знает:
«По дороге… не было желания… отвращения…» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Отброшены ли во мне пять нитей чувственного удовольствия?»
Если, пересматривая, монах знает:
«Пять нитей чувственного удовольствия не отброшены во мне» – то ему следует приложить усилие для отбрасывания этих пяти нитей чувственного удовольствия.
Но если, пересматривая, монах знает:
«Пять нитей чувственного удовольствия отброшены во мне» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Отброшены ли во мне пять помех?»
Если, пересматривая свой ум, монах знает:
«Пять помех не отброшены во мне» – то ему следует приложить усилие для отбрасывания этих пяти помех.
Но если, пересматривая свой ум, монах знает:
«Пять помех отброшены во мне» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Поняты ли полностью мной пять совокупностей, подверженных цеплянию?»
Если, пересматривая свой ум, монах знает:
«Пять совокупностей, подверженные цеплянию, не полностью поняты мной» – то ему следует приложить усилие, чтобы полностью понять эти пять совокупностей, подверженных цеплянию.
Но если, пересматривая свой ум, монах знает:
«Пять совокупностей, подверженные цеплянию, полностью поняты мной» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Развиты ли во мне четыре основы осознанности?
Если, пересматривая, монах знает:
«Успокоение и прозрение не развиты во мне» – то ему следует приложить усилие, чтобы развить успокоение и прозрение.
Но если, пересматривая, монах знает:
«Истинное знание и освобождение реализованы мной» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Развиты ли во мне четыре вида правильного старания?...
четыре основы сверхъестественной силы...
пять качеств...
пять сил...
семь факторов просветления...
Благородный восьмеричный путь...
Если, пересматривая, монах знает:
«… не развиты во мне» – то ему следует приложить усилие, чтобы развить...
Но если, пересматривая, монах знает:
«…развиты во мне» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Развиты ли во мне успокоение и прозрение?»
Если, пересматривая, монах знает:
«Успокоение и прозрение не развиты во мне» – то ему следует приложить усилие, чтобы развить успокоение и прозрение.
Но если, пересматривая, монах знает:
«Успокоение и прозрение развиты во мне» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Далее, Сарипутта, монаху следует рассуждать так:
«Реализованы ли мной истинное знание и освобождение?»
Если, пересматривая, монах знает:
«Истинное знание и освобождение не реализованы мной» – то ему следует приложить усилие, чтобы реализовать истинное знание и освобождение.
Но если, пересматривая, монах знает:
«Истинное знание и освобождение реализованы мной» – то он может пребывать счастливым и радостным, тренируясь день и ночь в благих состояниях.
Сарипутта, любые жрецы и отшельники в прошлом, которые очищали свою еду, полученную с подаяний, делали так, постоянно пересматривая подобным образом.
Любые жрецы и отшельники в будущем, которые будут очищать свою еду, полученную с подаяний, будут делать так, постоянно пересматривая подобным образом.
Так сказал Благословенный.
Достопочтенный Сарипутта был доволен и восхитился словами Благословенного.
