Сутта Пунна
И тогда уважаемый Пунна подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал:
“Почтенный, было бы хорошо, если бы Благословенный вкратце научил бы меня Дхамме так, чтобы я пребывал бы один, в уединении, будучи прилежным, старательным, решительным”.
“Пунна, существуют формы, познаваемые глазом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их,
то возникает наслаждение.
От скапливания наслаждения, Пунна, я говорю тебе, скапливание боли.
Пунна, существуют вкусы…
Пунна, существуют явления, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Если монах ищет наслаждения в них, приветствует их, продолжает удерживать их,
то возникает наслаждение.
От скапливания наслаждения, Пунна, я говорю тебе, скапливание боли.
Пунна, существуют формы – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает.
От устранения наслаждения, Пунна, я говорю тебе, устранение боли.
Явления, познаваемые умом – милые, приятные, чарующие, привлекательные, воспаляющие желание, соблазнительные.
Если монах не ищет наслаждения в них, не приветствует их, не продолжает удерживать их, то наслаждение угасает.
От устранения наслаждения, Пунна, я говорю тебе, устранение боли.
И теперь, когда ты получил это краткое наставление от меня, Пунна, в какой стране ты собираешься проживать?”
“Почтенный, есть страна под названием Сунапаранта. Я буду жить там”.
“Пунна, люди в Сунапаранте дикие
и грубые.
Если они будут оскорблять и осыпать тебя бранью, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут оскорблять и осыпать меня бранью, то я буду думать так:
“Эти люди Сунапаранты прекрасны, в самом деле прекрасны, ведь они не бьют меня кулаками”.
Вот так я буду думать, Благословенный.
Так я буду думать, о Счастливый”.
“Но, Пунна, если люди в Сунапаранте будут бить тебя кулаками, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут бить меня кулаками, то я буду думать так:
“Эти люди Сунапаранты прекрасны, в самом деле прекрасны, ведь они не бьют меня комьями земли”.
Вот так я буду думать, Благословенный.
Так я буду думать, о Счастливый”.
“Но, Пунна, если люди в Сунапаранте будут бить тебя комьями земли, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут бить меня комьями земли, то я буду думать так:
“Эти люди Сунапаранты прекрасны, в самом деле прекрасны, ведь они не бьют меня палками”.
Вот так я буду думать, Благословенный.
Так я буду думать, о Счастливый”.
“Но, Пунна, если люди в Сунапаранте будут бить тебя палками, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут бить меня палками, то я буду думать так:
“Эти люди Сунапаранты прекрасны, в самом деле прекрасны, ведь они не нападают на меня с ножами”.
Вот так я буду думать, Благословенный.
Так я буду думать, о Счастливый”.
“Но, Пунна, если люди в Сунапаранте будут нападать на тебя с ножами, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут нападать на меня с ножами, то я буду думать так:
“Эти люди Сунапаранты прекрасны, в самом деле прекрасны, ведь они не отнимают моей жизни острым ножом”.
Вот так я буду думать, Благословенный.
Так я буду думать, о Счастливый”.
“Но, Пунна, если люди в Сунапаранте будут отнимать у тебя жизнь острым ножом, о чём ты будешь думать в этом случае?”
“Почтенный, если люди в Сунапаранте будут отнимать у меня жизнь острым ножом, то я буду думать так:
“У Благословенного были ученики, которые, ощутив неприязнь, пренебрежение и отвращение к этому самому телу, нашли [для себя] убийцу.
А я наткнулся на убийцу и без подобных поисков.
Вот так я буду думать, Благословенный. Так я буду думать, о Счастливый”.
“Хорошо, хорошо, Пунна!
Обладая таким самоконтролем и умиротворением, ты сможешь проживать в стране Сунапаранте.
Теперь, Пунна, ты можешь идти, когда сочтёшь нужным”.
И тогда, восхитившись и возрадовавшись словам Благословенного, уважаемый Пунна поднялся с сиденья, поклонился Благословенному, и ушёл, обойдя его с правой стороны.
Затем он привёл в порядок жилище, взял чашу и верхнее одеяние, и отправился в страну Сунапаранту. Совершив несколько пеших переходов,
со временем он прибыл в страну Сунапаранту, где и стал проживать.
И затем, в течение того сезона дождей уважаемый Пунна утвердил в практике пятьсот мирян
и мирянок,
а сам в тот же самый сезон дождей реализовал три истинных знания.
И в тот же самый сезон дождей он достиг окончательной ниббаны.
И тогда группа монахов подошла к Благословенному, они поклонились ему, сели рядом и сказали:
“Почтенный, монах по имени Пунна, которому Благословенный дал краткое наставление, скончался. Какова его участь?
Каков его будущий удел?”
“Монахи, монах Пунна был мудр. Он практиковал в соответствии с Дхаммой и не беспокоил меня [излишними] расспросами по Дхамме.
Монах Пунна достиг окончательной ниббаны”.
Пятая.
