Сутта Годхика
Так мной услышано.
Одно время Благословенный проживал в Раджагахе, в Бамбуковой роще, в месте для кормления Белок.
В то время уважаемый Годхика проживал на склоне горы Исигили у Чёрной Скалы.
И тогда, по мере того как уважаемый Годхика проживал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума,
но далее отпал от этого временного освобождения ума.
И во второй раз, по мере того как уважаемый Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума,
но далее отпал от этого временного освобождения ума.
И в третий раз…
и в четвёртый раз…
и в пятый раз…
и в шестой раз, по мере того как уважаемый Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума,
но далее отпал от этого временного освобождения ума.
И в седьмой раз, по мере того как уважаемый Годхика пребывал прилежным, старательным, решительным, он достиг временного освобождения ума.
И тогда мысль пришла к уважаемому Годхике:
“Уже шесть раз я ниспадал от временного освобождения ума.
Что, если я использую нож?”
И тогда Злой Мара, напрямую познав умом это раздумье в уме уважаемого Годхики, подошёл к Благословенному и обратился к Благословенному этими строфами:
“Герой великий, в понимании великий,
Всюду сияющий могуществом и славой!
Кланяюсь в ноги я тебе, о Тот Кто Видит,
Преодолевшему вражду и трепетание.
Герой великий, смерть кто одолеть смог,
Один твой ученик желает смерти.
Намеревается лишить себя он жизни,
Так уж сдержи его, о лучезарный!
Как может ученик твой, о Благословенный, —
Тот, кто находит наслаждение в Дхамме,
Ещё учащийся, кто ищет идеал сознания, —
Сам свою жизнь забрать, о знаменитый?”
И к тому моменту уважаемый Годхика уже использовал нож.
Благословенный, осознав: “Это Злой Мара”, обратился к нему строфой:
“Именно так и поступает тот, уверен кто в себе:
Привязанности к жизни не имеет больше он.
И цепляние вырвав с самым его корнем,
Конечную ниббану Годхика обрёл”.
И затем Благословенный обратился к монахам:
“Ну же, монахи, пойдёмте на склон горы Исигили к Чёрной Скале, где представитель клана Годхика использовал нож”.
“Да, почтенный”, – ответили монахи.
И тогда Благословенный вместе с группой монахов отправился на склон горы Исигили, к Чёрной Скале.
Благословенный издали увидел уважаемого Годхику, лежащего на постели с выпущеным плечом.
И тут облако дыма, водоворот тьмы направился к востоку, затем к западу, затем к северу, затем к югу, вверх, вниз и в промежуточных направлениях.
Благословенный тогда сказал монахам:
“Видите, монахи, это облако дыма, водоворот тьмы, что двигается на восток, затем на запад, на север, на юг, вверх, вниз и в промежуточных направлениях?”
“Да, почтенный”.
“Это, монахи, Злой Мара ищет сознание представителя клана Годхики, недоумевая:
“Где же утвердилось сознание представителя клана Годхики?“
Однако, монахи, с неутверждённым сознанием представителя клана Годхика достиг окончательной ниббаны”.
И тогда Злой Мара, взяв лютню из жёлтого дерева вилвы, подошёл к Благословенному и обратился к нему строфой:
“Вверху, внизу и по краям,
В четырёх света сторонах, а также между ними
Искал всё я, найти не смог,
Куда бы Годхика ушёл”.
“Решительным он был, уверенным в себе,
И радость в медитации всегда он находил,
И этим занимал себя весь день, а также ночь,
И не было привязанности к жизни у него
И войско Смерти смог он покорить,
Не возвратится к новому существованию он.
И жажду вырвав с самым её корешком,
Конечную ниббану Годхика обрёл”.
Настолько сильно поражён он стал печалью,
Что лютню выронил он из своей подмышки.
И далее тот огорчённый дух
На этом самом месте вдруг исчез.
