Сутта Семья
Одно время Благословенный, странствуя по стране Косал с большой Сангхой монахов, прибыл в Наланду.
Там, в Наланде, он остановился в Манговой Роще Паварики.
И в ту пору Наланду охватил голод, наступило время нехватки, посев был погублен и превратился в солому.
И тогда Нигантха Натапутта пребывал в Наланде вместе с большой группой нигантхов.
И вот градоначальник Асибандхакапутта, мирской последователь нигантхов, отправился к Нигантхе Натапутте, поклонился ему и сел рядом. Затем Нигантха Натапутта сказал ему:
“Ну же, градоначальник, докажи ошибочность учения отшельника Готамы.
И тогда о тебе пойдёт славная молва:
“Градоначальник Асибандхакапутта доказал ошибочность учения отшельника Готамы, такого великого и могущественного”.
“Но как же, почтенный, мне доказать ошибочность учения отшельника Готамы, такого великого и могущественного?”
“Отправляйся, градоначальник, к отшельнику Готаме и задай ему такой вопрос:
“Почтенный, не восхваляет ли Благословенный различными способами сочувствие к семьям, защиту семей, сострадание к семьям?”
Если, будучи спрошенным тобой так, отшельник Готама скажет:
“Да, градоначальник, Татхагата восхваляет различными способами сочувствие к семьям, защиту семей, сострадание к семьям” – то тебе следует ответить ему:
“Тогда зачем же, почтенный, Благословенный странствует с большой Сангхой монахов во времена голода и нехватки, когда посев погублен и превратился в солому.
Благословенный практикует ради уничтожения семей, ради причинения горя семьям, ради краха семей”.
Когда ты задашь отшельнику Готаме этот двойной вопрос-рогатину, он не сможет ни проглотить это, ни выплюнуть”.
“Хорошо, почтенный” – ответил градоначальник Асибандхакапутта. Затем он встал с сиденья, поклонился Нигантхе Натапутте и, обойдя его с правой стороны, ушёл, отправившись к Благословенному. [Прибыв к Благословенному] он поклонился ему, сел рядом и сказал:
“Почтенный, не восхваляет ли Благословенный различными способами сочувствие к семьям, защиту семей, сострадание к семьям?”
“Да, градоначальник, Татхагата восхваляет различными способами сочувствие к семьям, защиту семей, сострадание к семьям”.
“Тогда зачем же, почтенный, Благословенный странствует с большой Сангхой монахов во времена голода и нехватки, когда посев погублен и превратился в солому.
Благословенный практикует ради уничтожения семей, ради причинения горя семьям, ради краха семей”.
“Я помню прошлое на девяносто один цикл существования мира тому назад, градоначальник, но я не припоминаю ни единой семьи, которая была бы разрушена лишь из-за подношения приготовленной еды.
Напротив, все те богатые семьи что есть, с большим богатством и имуществом, с запасами золота и серебра, с владениями и продовольствием, с обилием ценностей и зерна – все они стали таковыми из-за свершения дарения, из-за праведности, из-за самоконтроля.
Существует, градоначальник, восемь причин и условий для разрушения семей.
Семьи разрушаются из-за: царя; воров; огня; воды; утери накопленного; невзгод из-за неумелого управления делами; появления в семье расточителя, который глупо тратит, транжирит, проматывает её имущество; от ненадежности.
Таковы восемь причин и условий для разрушения семей.
И когда существуют эти восемь причин и условий для разрушения семей, если кто-либо скажет обо мне так:
“Благословенный практикует ради уничтожения семей, ради причинения горя семьям, ради краха семей” –
то, если он не отбросит этого убеждения и этого состояния ума, если не оставит этого взгляда, то тогда, как если бы его туда затянули силой, он окажется в аду”.
Когда так было сказано, градоначальник Асибандхакапутта обратился к Благословенному:
“Великолепно, почтенный! Великолепно!…
Пусть Благословенный помнит меня как мирского последователя, принявшего прибежище с этого дня и на всю жизнь”.
Девятая.
