MĀ 79 — Более великие боги
Перевод: Anthropic Claude Sonnet 5
Мадхьяма-агама
Глава 7. Царь Диргхаю
79. Более великие боги
1. Так я слышал:[1] Однажды Будда странствовал по стране Шравасти и остановился в парке Анатхапиндады в роще Джеты.
Приглашение Ришидатты
2. Богач Ришидатта[2] сказал посланцу: «Иди к Будде и склони голову к стопам Бхагавана от моего имени. Осведомись, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело Бхагавана. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно? Скажи так: „Богач Ришидатта склоняет голову к стопам Будды и осведомляется, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело Бхагавана. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно?“
3. «Осведомившись об этом у Будды, иди к достопочтенному Ануруддхе и склони голову к его стопам от моего имени. Осведомись, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело достопочтенного. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно? Скажи так: „Богач Ришидатта склоняет голову к стопам достопочтенного Ануруддхи и осведомляется, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело достопочтенного. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно? Ришидатта приглашает достопочтенного Ануруддху и ещё троих, всего четырёх человек, разделить трапезу завтра“».
4. «Если он примет приглашение, скажи ещё: „Достопочтенный Ануруддха, у Ришидатты много обязанностей и много дел, которые нужно исполнять для царя и надлежащим образом улаживать с его министрами. Да будет угодно достопочтенному Ануруддхе проявить сочувствие и прийти в дом Ришидатты завтра вчетвером“».
5. Посланец принял наставления Ришидатты и пошёл к Будде. Он склонил голову к стопам Будды и отошёл в сторону. Он сказал: «Бхагаван, богач Ришидатта склоняет голову к стопам Будды. Он осведомляется, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело Бхагавана. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно?»
6. Тогда Бхагаван сказал посланцу: «Пусть богач Ришидатта будет удобен и счастлив. Пусть боги, люди, асуры, гандхарвы, ракшасы и другие виды существ будут удобны и счастливы».
7. Услышав сказанное Буддой, посланец хорошо принял и хорошо удержал это. Он склонил голову к стопам Будды, трижды обошёл его и удалился. Он пошёл к достопочтенному Ануруддхе, склонил голову к его стопам и отошёл, чтобы сесть в стороне. Он сказал: «Достопочтенный Ануруддха, богач Ришидатта склоняет голову к стопам достопочтенного Ануруддхи. Он осведомляется, спокойно ли, крепко ли, удобно ли и без болезни ли благородное тело достопочтенного. Легко ли он поднимается из своего жилища? Такова ли его энергия, как обычно? Ришидатта приглашает достопочтенного Ануруддху и ещё троих, всего четырёх человек, разделить трапезу завтра».
8. Тогда же достопочтенный Истинный Катьяяна[3] удалился и сидел в размышлении неподалёку. Достопочтенный Ануруддха тогда сказал ему: «Добрый человек, Катьяяна! Завтра мне нужно будет отправиться собирать подаяние в Шравасти, как это подобает. Теперь же богач Ришидатта прислал кого-то, чтобы пригласить меня и ещё троих разделить трапезу завтра».
Достопочтенный Истинный Катьяяна тотчас сказал: «Пусть достопочтенный Ануруддха молча примет его приглашение! Завтра мы покинем эту тёмную рощу и отправимся собирать подаяние в Шравасти». Тогда достопочтенный Ануруддха молча принял его приглашение.
9. Посланец понял, что достопочтенный Ануруддха молча принял его приглашение, и потому поспешно сказал: «Ришидатта говорит достопочтенному Ануруддхе, что у него много обязанностей и много дел, которые нужно исполнять для царя и надлежащим образом улаживать с его министрами. Да будет угодно достопочтенному Ануруддхе проявить сочувствие и прийти в дом Ришидатты завтра вчетвером».
Достопочтенный Ануруддха сказал посланцу: «Теперь ты можешь возвращаться. Я буду знать, когда придёт время». Посланец поднялся со своего места, воздал почести, простёршись ниц, трижды обошёл Ануруддху и удалился.
10. Когда ночь миновала и взошло солнце, достопочтенный Ануруддха надел одеяние, взял чашу и отправился с четырьмя людьми в дом Ришидатты.
11. Тогда наложницы Ришидатты обступили их и стояли под воротами, чтобы помочь достопочтенному Ануруддхе. Ришидатта увидел приближающегося издалека достопочтенного Ануруддху и, увидев его, приветствовал достопочтенного Ануруддху, сложив ладони, и восхвалил его: «Добро пожаловать, достопочтенный Ануруддха! Как давно ты не навещал нас, Ануруддха!» Затем Ришидатта почтительно обнял достопочтенного Ануруддху и провёл его в свой дом. Было приготовлено прекрасное сиденье, и он пригласил Ануруддху сесть.
Освобождения великого ума и неизмеримого ума
12. Тогда достопочтенный Ануруддха сел на своё сиденье. Ришидатта склонил голову к стопам достопочтенного Ануруддхи и отошёл, чтобы сесть в стороне. Сев, он сказал: «Достопочтенный Ануруддха, я хотел бы задать вопрос, если тебе будет угодно выслушать».
Достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Богач, продолжай, задай свой вопрос. Выслушав, я обдумаю его».
13. Тогда Ришидатта спросил достопочтенного Ануруддху: «Некоторые аскеты и жрецы приходили ко мне и говорили: „Богач, тебе следует взращивать освобождение великого ума“. Ануруддха, другие аскеты и жрецы приходили ко мне и говорили: „Богач, тебе следует взращивать освобождение неизмеримого ума“. Достопочтенный Ануруддха, различны ли эти два освобождения — великого ума и неизмеримого ума — по смыслу и по названию, или же они одинаковы по смыслу, но различны по названию?»
Достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Богач, сначала дай собственный ответ на этот вопрос, а затем я отвечу после тебя».
14. Ришидатта сказал: «Достопочтенный Ануруддха, эти два освобождения — великого ума и неизмеримого ума — одинаковы по смыслу, но различны по названию, однако богач Ришидатта не тот, кто должен отвечать на этот вопрос».
15. Достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Богач, позволь мне объяснить тебе освобождения великого ума и неизмеримого ума. Что касается освобождения великого ума, предположим, аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать в освобождении великого ума, пронизывая им одно дерево. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Если он не ограничивается одним деревом, тогда он стремится достичь и пребывать в освобождении великого ума, пронизывая им два или три дерева. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него.
16. «Если он не ограничивается двумя или тремя деревьями, он ограничивается одной рощей… Если он не ограничивается одной рощей, он ограничивается двумя или тремя рощами… Если он не ограничивается двумя или тремя рощами, он ограничивается одним селением… Если он не ограничивается одним селением, он ограничивается двумя или тремя селениями… Если он не ограничивается двумя или тремя селениями, он ограничивается одной страной… Если он не ограничивается одной страной, он ограничивается двумя или тремя странами… Если он не ограничивается двумя или тремя странами, он ограничивается землёй… океаном. Он стремится достичь и пребывать в освобождении великого ума, пронизывая им океан. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Это называется освобождением великого ума.
17. «Богач, что такое освобождение неизмеримого ума? Предположим, аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он достигает и пребывает, пронизывая доброжелательностью одно направление своим умом. Он делает так во втором, третьем и четвёртом направлениях, в четырёх промежуточных направлениях, вверху и внизу, пронизывая повсюду своим умом и доброжелательностью. Не имея уз, вражды, гнева или ссоры, он достигает и пребывает, пронизывая весь мир [своим умом], широким и обширным, неизмеримым и хорошо взращённым.
18. «Так же обстоит дело с состраданием, сорадованием и невозмутимостью. Не имея уз, вражды, гнева или ссоры, он достигает и пребывает, пронизывая весь мир [своим умом], широким и обширным, неизмеримым и хорошо взращённым. Это называется освобождением неизмеримого ума».
19. «Богач, различны ли эти два освобождения — великого ума и неизмеримого ума — и по смыслу, и по названию, или же они одинаковы по смыслу, но различны по названию?»
Ришидатта сказал достопочтенному Ануруддхе: «Как я услышал от достопочтенного и понял его смысл, эти два освобождения различны и по смыслу, и по названию».
Более великие боги
20. Достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Богач, есть три вида богов: боги Сияния, боги Чистого Сияния и боги Совершенно Чистого Сияния. Среди богов Сияния они рождаются в одном и том же месте, но не думают: „Это здесь — моё владение“ или „То там — моё владение“. Просто боги Сияния оказываются там, и они там счастливы.
21. «Богач, это подобно мухам на куске мяса. Они не думают: „Это здесь — моё владение“ или „То там — моё владение“. Просто мухи оказываются на куске мяса, и они там счастливы. Так и те боги Сияния не думают: „Это здесь — моё владение“ или „То там — моё владение“. Просто боги Сияния оказываются там, и они там счастливы.
Боги Сияния
22. «Бывают времена, когда боги Сияния собираются в одном и том же месте. Их сияние не различается, хотя их тела различны. Богач, это подобно тому, как некто зажигает неизмеримое число ламп и помещает их в комнату. Свет этих ламп не различается, хотя [лампы] различны. Так и те боги Сияния собираются в одном и том же месте, и их сияние не различается, хотя их тела различны.
23. «Бывают времена, когда боги Сияния рассеиваются. Когда они рассеиваются, их тела становятся различными, и их сияние также различается. Богач, это подобно тому, как некто берёт много ламп из одной комнаты и помещает их в отдельные комнаты. Тогда эти лампы становятся различными, и их свет также различается. Так и те боги Сияния рассеиваются. Когда они рассеиваются, их тела становятся различными, и их сияние также различается».
24. Тогда достопочтенный Истинный Катьяяна сказал: «Достопочтенный Ануруддха, возможно ли узнать относительное превосходство тех богов Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, можно сказать, что относительное превосходство тех богов Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными — известно».
25. Достопочтенный Истинный Катьяяна спросил: «Достопочтенный Ануруддха, каковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
26. Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, предположим, аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать в восприятии сияния, пронизывая им одно дерево. Его ум образует восприятие сияния, и оно полностью заполняет его. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Если он не ограничивается одним деревом, тогда он стремится достичь и пребывать в восприятии сияния, пронизывая им два или три дерева. Его ум образует восприятие сияния, и оно полностью заполняет его. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него.
27. «Добрый человек, Катьяяна, какое из этих двух освобождений ума выше, больше, чудеснее и лучше?»
Достопочтенный Истинный Катьяяна ответил: «Достопочтенный Ануруддха, предположим, есть аскет или жрец, который не ограничивается одним деревом, тогда он стремится достичь и пребывать в восприятии сияния, пронизывая им два или три дерева. Его ум образует восприятие сияния, и оно полностью заполняет его. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Достопочтенный Ануруддха, из этих двух освобождений это освобождение выше, больше, чудеснее и лучше».
28. Достопочтенный Ануруддха также спросил: «Добрый человек, Катьяяна, предположим, они не ограничиваются двумя или тремя деревьями, а ограничиваются одной рощей… Предположим, они не ограничиваются одной рощей, а ограничиваются двумя или тремя рощами… Предположим, они не ограничиваются двумя или тремя рощами, а ограничиваются одним селением… Предположим, они не ограничиваются одним селением, а ограничиваются двумя или тремя селениями… Предположим, они не ограничиваются двумя или тремя селениями, а ограничиваются одной страной… Предположим, они не ограничиваются одной страной, а ограничиваются двумя или тремя странами… Предположим, они не ограничиваются двумя или тремя странами, а ограничиваются землёй… океаном. Они стремятся достичь и пребывать в восприятии сияния, пронизывая им океан. Их ум образует восприятие сияния, и оно полностью заполняет его. Их ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Добрый человек, Катьяяна, какое из этих пар освобождений выше, больше, чудеснее и лучше?»
29. Достопочтенный Истинный Катьяяна ответил: «Достопочтенный Ануруддха, предположим, есть аскет или жрец, который не ограничивается двумя или тремя деревьями, а ограничивается одной рощей… Предположим, он не ограничивается одной рощей, а ограничивается двумя или тремя рощами… Предположим, он не ограничивается двумя или тремя рощами, а ограничивается одним селением… Предположим, он не ограничивается одним селением, а ограничивается двумя или тремя селениями… Предположим, он не ограничивается двумя или тремя селениями, а ограничивается одной страной… Предположим, он не ограничивается одной страной, а ограничивается двумя или тремя странами… Предположим, он не ограничивается двумя или тремя странами, а ограничивается землёй… океаном. Он стремится достичь и пребывать в восприятии сияния, пронизывая им океан. Его ум образует восприятие сияния, и оно полностью заполняет его. Его ум освобождён до этого предела и не выходит за него. Достопочтенный Ануруддха, из этих пар освобождений это освобождение выше, больше, чудеснее и лучше».
30. Достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Катьяяна, таковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными. В чём причина этого? Взращивание человека тонко или грубо из-за относительного превосходства его ума. Мы находим человека превосходящим, потому что его взращивание тонко или грубо. Добрый человек, Катьяяна, Бхагаван также говорит это об относительном превосходстве людей».
Боги Чистого Сияния
31. Достопочтенный Истинный Катьяяна также спросил: «Достопочтенный Ануруддха, возможно ли узнать относительное превосходство тех богов Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, можно сказать, что относительное превосходство тех богов Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными — известно».
32. Достопочтенный Истинный Катьяяна также спросил: «Достопочтенный Ануруддха, каковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
33. Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, предположим, есть аскет или жрец, который пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Чистого Сияния. Это его самадхи не взращено, не изучено, не расширено и не полностью достигнуто. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Чистого Сияния. Родившись там, он не достигает высшего покоя, высшего умиротворения или окончательного конца своих жизней.
34. «Добрый человек, Катьяяна, это подобно голубому лотосу и алым, красным и белым лотосам, которые рождаются из воды и растут в воде. Пока они на дне пруда, их корни, стебли, листья и цветы полностью влажны от чистой воды, увлажнены той водой, и ни одна их часть не остаётся сухой.
35. «Добрый человек, Катьяяна, предположим, есть аскет или жрец, который пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Чистого Сияния. Это его самадхи не взращено, не изучено, не расширено и не полностью достигнуто. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Чистого Сияния. Родившись там, он не достигает высшего покоя, высшего умиротворения или окончательного конца своих жизней.
36. «Добрый человек, Катьяяна, есть другой аскет или жрец, который стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Чистого Сияния. Это его самадхи часто взращивается, часто изучается, часто расширяется и полностью достигнуто. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Чистого Сияния. Родившись там, он достигает высшего покоя, высшего умиротворения и окончательного конца своих жизней.
37. «Добрый человек, Катьяяна, это подобно голубому лотосу и алым, красным и белым лотосам, которые рождаются из воды и растут в воде. Они выходят из воды и плавают на поверхности, где вода их не смачивает.
38. «Добрый человек, Катьяяна, так и другой аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Чистого Сияния. Это его самадхи часто взращивается, часто изучается, часто расширяется и полностью достигнуто. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Чистого Сияния. Родившись там, он достигает высшего покоя, высшего умиротворения и окончательного конца своих жизней.
39. «Добрый человек, Катьяяна, таковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными. В чём причина этого? Взращивание человека тонко или грубо из-за относительного превосходства его ума. Мы находим человека превосходящим, потому что его взращивание тонко или грубо. Добрый человек, Катьяяна, Бхагаван также говорит это об относительном превосходстве людей».
Боги Совершенно Чистого Сияния
40. Достопочтенный Истинный Катьяяна также спросил: «Достопочтенный Ануруддха, возможно ли узнать относительное превосходство тех богов Совершенно Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, можно сказать, что относительное превосходство тех богов Совершенно Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными — известно».
41. Достопочтенный Истинный Катьяяна также спросил: «Достопочтенный Ануруддха, каковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Совершенно Чистого Сияния, что рождены в одном месте, — являются ли они чудесными или не чудесными?»
42. Достопочтенный Ануруддха ответил: «Добрый человек, Катьяяна, предположим, аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Совершенно Чистого Сияния. Он не вполне прекращает сонливость и не умело успокаивает беспокойство и раскаяние. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Совершенно Чистого Сияния. Родившись там, его свет не вполне чист.
43. «Добрый человек, Катьяяна, это подобно горящей лампе, которая обусловлена своим маслом и фитилём. Если в масле есть грязь или фитиль нечист, это делает свет лампы тусклым или нечётким. Добрый человек, Катьяяна, так и с аскетом или жрецом, который пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Совершенно Чистого Сияния. Он не вполне прекращает сонливость и не умело успокаивает беспокойство и раскаяние. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Совершенно Чистого Сияния. Родившись там, его свет не вполне чист.
44. «Добрый человек, Катьяяна, другой аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Совершенно Чистого Сияния. Он полностью прекращает сонливость и умело успокаивает беспокойство и раскаяние. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Совершенно Чистого Сияния. Родившись там, его свет полностью ярок и чист.
45. «Добрый человек, Катьяяна, это подобно горящей лампе, которая обусловлена своим маслом и фитилём. Если в масле нет грязи и фитиль также полностью чист, это делает свет лампы полностью ярким и чистым. Добрый человек, Катьяяна, так и другой аскет или жрец пребывает в спокойном месте, будь то под деревом или в пустом и мирном жилище. Он стремится достичь и пребывать во всепроникновении богов Совершенно Чистого Сияния. Он полностью прекращает сонливость и умело успокаивает беспокойство и раскаяние. Позднее, когда его тело распадётся и его жизнь закончится, он рождается среди богов Совершенно Чистого Сияния. Родившись там, его свет полностью ярок и чист.
46. «Добрый человек, Катьяяна, таковы причины и условия для того, чтобы узнать относительное превосходство тех богов Совершенно Чистого Сияния, что рождены в одном и том же месте, — являются ли они чудесными или не чудесными. В чём причина этого? Взращивание человека тонко или грубо из-за относительного превосходства его ума. Мы находим человека превосходящим, потому что его взращивание тонко или грубо. Добрый человек, Катьяяна, Бхагаван также говорит это об относительном превосходстве людей».
Заключение
47. Достопочтенный Истинный Катьяяна похвалил Ришидатту: «Хорошо, Ришидатта! Хорошо! Ты принёс нам большую пользу. В чём причина этого? Ты первый, кто спросил достопочтенного Ануруддху о более великих богах, что существуют. Мы никогда прежде не слышали от достопочтенного Ануруддхи такого смысла: „Это называется теми богами, есть те боги, и таковы те боги“».
48. Тогда достопочтенный Ануруддха сказал ему: «Добрый человек, Катьяяна, многочисленны те боги, эти солнца и луны, обладающие такими великими сверхъестественными способностями, великим величием, великой удачей и великой мощью. Они сияют несравненным светом. Я встречался с ними, обменивался приветствиями и вёл с ними беседы, и получал от них ответы. Тем не менее я не говорю: „Это называется теми богами, есть те боги, и таковы те боги“».
49. Тогда Ришидатта понял, что рассуждение достопочтенного завершено, поэтому он поднялся со своего места и принёс воду для омовения. Он лично подал им разнообразные чистые и вкусные блюда, и они ели, пока не насытились. Когда трапеза завершилась, он собрал посуду и вымыл её. Затем он взял небольшое сиденье и сел отдельно, чтобы слушать Дхарму. После того как Ришидатта сел, достопочтенный Ануруддха учил его Дхарме, ободряя, воодушевляя и радуя неизмеримыми способами, чтобы научить его Дхарме. Ободрив, воодушевив и обрадовав его, Ануруддха поднялся со своего места и удалился.
50. Так говорил достопочтенный Ануруддха. Богач Ришидатта и монахи, что услышали сказанное достопочтенным Ануруддхой, возрадовались и одобрили.
Примечания
[1] Что касается источника текста, ср. T26.1.549b3-51c24. Прямой параллелью этой сутре является MN 127. [Назад]
[2] Ришидатта. Это имя переводится на китайский как «Мудрый Другой» или, возможно, «Мудрый Еретик». Это имя также встречается в MĀ 213, что находит параллель в пали (MN 89) как Исидатта. Персонаж в обоих источниках изображён как человек, связанный с правительством царя Пасенади. Учитывая, что китайский обычно переводил ṛṣi как «Мудрец», я выбрал санскритский вариант Исадатта, но в оригинале, возможно, было иное окончание, чем «-датта». Палийская параллель этой сутры вместо этого содержит плотника по имени Панчаканга в качестве мирянина, пригласившего Ануруддху на трапезу. [Назад]
[3] Истинный Катьяяна. В палийской параллели имя этого монаха звучит как Абхия Каччана, но китайский текст здесь, по-видимому, подразумевает Сатью Катьяяну. Не имея санскритского подтверждения, я оставил его в переводе. [Назад]