SĀ 3.26 — Сушима
Перевод: Anthropic Claude Sonnet 5
Самьюкта-агама
Глава 3. Зависимое возникновение
| （三四七） 須深 | 26 (347). Сушима |
|---|---|
| 如是我聞： 一時，佛住王舍城、迦蘭陀竹園。 若王、大臣、婆羅門、長者、居士及餘世人所共恭敬、尊重、供養。 佛及諸聲聞眾大得利養，衣被、飲食、臥具、湯藥，都不恭敬、尊重、供養眾邪異道衣被、飲食、臥具、湯藥。 | 1. Так я слышал:1 Будда пребывал в Бамбуковой роще Карандака, близ Раджагрихи. Люди почитали, уважали его и делали подношения — будь то царь, великие министры, жрецы, знатные люди, домохозяева или прочие миряне. Будда и собрание его учеников получали щедрые подношения одеяниями, пищей, постельными принадлежностями и лекарствами, но никто не оказывал почитания, уважения и подношений одеяниями, пищей, постельными принадлежностями и лекарствами прочим иноверческим собраниям. |
| Замысел иноверцев | |
| 爾時，眾多異道聚會未曾講堂。 作如是論： 「我等昔來常為國王、大臣、長者、居士及餘一切之所奉事、恭敬、供養衣被、飲食、臥具、湯藥，今悉斷絕。 但恭敬供養沙門瞿曇、聲聞大眾衣被、飲食、臥具、湯藥。 今此眾中，誰有智慧、大力，堪能密往詣彼沙門瞿曇眾中出家？ 聞彼法已，來還廣說。 我等當復用彼聞法化諸國王、大臣、長者、居士。 令其信樂，可得還復供養如前。」 | 2. Тогда множество приверженцев других учений собралось в зале собраний, где прежде не собирались.2 Они повели такую беседу: «Прежде нам всегда служили, нас почитали и делали нам подношения одеяниями, пищей, постельными принадлежностями и лекарствами царь, великие министры, знатные люди, домохозяева и все прочие, но теперь это прекратилось. Своё почитание и подношения одеяниями, пищей, постельными принадлежностями и лекарствами они оказывают теперь лишь аскету Готаме и ученикам его собрания. Есть ли среди нас теперь мудрый и великий человек,3 который был бы способен тайно уйти и принять посвящение в собрании того аскета Готамы? Выслушав его Дхарму, он мог бы вернуться и полностью изложить её нам. Тогда мы могли бы, используя ту Дхарму, которую он узнал, обратить царя, министров, знатных людей и домохозяев. Они обретут в неё веру, и тогда они вновь станут делать нам подношения, как прежде». |
| 時，有人言： 「有一年少名曰須深，聰明黠慧。 堪能密往沙門瞿曇眾中出家。 聽彼法已，來還宣說。」 | Тогда кто-то сказал: «Есть юноша по имени Сушима,4 проницательный и разумный. Он мог бы тайно уйти и принять посвящение в собрании аскета Готамы. Внимательно выслушав их Дхарму, он мог бы вернуться и изложить её нам». |
| 時，諸外道詣須深所，而作是言： 「我今日大眾聚集未曾講堂。 作如是論： 『我等先來為諸國王、大臣、長者、居士及諸世人之所恭敬、奉事、供養衣被、飲食、臥具、湯藥，今悉斷絕。 國王、大臣、長者、居士及諸世間悉共奉事⋯沙門瞿曇、聲聞大眾。 我此眾中，誰有聰明、黠慧堪能密往沙門瞿曇眾中出家、學道？ 聞彼法已，來還宣說，化諸國王、大臣、長者、居士。 令我此眾還得恭敬、尊重、供養。』 | 3. Те приверженцы других учений пришли к Сушиме и сказали ему: «Сегодня многие из нас собрались в зале собраний, где прежде не собирались. Мы повели такую беседу: „До сих пор нам всегда служили, нас почитали и делали нам подношения одеяниями, пищей, постельными принадлежностями и лекарствами царь, великие министры, знатные люди, домохозяева и миряне, но теперь это прекратилось. Царь, великие министры, знатные люди, домохозяева и миряне — все они теперь служат … аскету Готаме и великому собранию его учеников. Есть ли в нашем собрании человек, достаточно проницательный и разумный, чтобы тайно уйти и принять посвящение в собрании того аскета Готамы и обучаться пути? Выслушав их Дхарму, он мог бы вернуться и изложить её нам, и мы обратим царя, великих министров, знатных людей и домохозяев. Тогда наше собрание вновь обретёт их почитание, уважение и подношения“. |
| 「其中有言： 『唯有須深聰明黠慧，堪能密往瞿曇法中出家學道。 聞彼說法，悉能受持，來還宣說。』 是故，我等故來相請，仁者，當行。」 | «Кто-то среди нас сказал: „Есть лишь Сушима, достаточно проницательный и разумный, чтобы тайно уйти и принять посвящение в учении Готамы и обучаться пути. Выслушав их учение, он смог бы удержать его всё в памяти и вернуться, чтобы изложить его нам“. Поэтому мы и пришли просить тебя, почтенный, — прошу, соверши это». |
| 時，彼須深默然受請，詣王舍城迦蘭陀竹園。 時，眾多比丘出房舍外露地經行。 爾時，須深詣眾多比丘，而作是言： 「諸尊，我今可得於正法中出家，受具足，修梵行不？」 | 4. Тогда Сушима молча согласился на просьбу и отправился в Бамбуковую рощу Карандака, близ Раджагрихи. В то время группа монахов вышла из своих жилищ и совершала прогулку под открытым небом. Сушима подошёл к этой группе монахов и сказал: «Почтенные, могу ли я теперь покинуть дом и принять полное посвящение5 в истинной Дхарме и взращивать религиозное подвижничество?» |
| 時，眾多比丘將彼須深詣世尊所，稽首禮足，退住一面。 白佛言： 「世尊，今此外道須深欲求於正法中出家，受具足，修梵行。」 | 5. Та группа монахов привела Сушиму к Почитаемому в мирах, склонила головы к стопам Будды и отошла, чтобы сесть в стороне. Затем они сказали Будде: «Почитаемый в мирах, этот Сушима — иноверец, и он желает покинуть дом, принять полное посвящение в истинной Дхарме и взращивать религиозное подвижничество». |
| 爾時，世尊知外道須深心之所念。 告諸比丘： 「汝等當度彼外道須深，令得出家。」 時，諸比丘願度須深。 | 6. Тогда Почитаемый в мирах узнал мысли, что были в уме Сушимы. Он сказал монахам: «Всем вам следует освободить этого Сушиму, который является иноверцем, и позволить ему покинуть дом». Тогда монахи пообещали освободить Сушиму. |
| Монах, освобождённый мудростью | |
| 出家已經半月，有一比丘語須深言： 「須深，當知我等生死已盡，梵行已立，所作已作。 自知不受後有。」 | 7. Спустя полмесяца после того, как он покинул дом, некий монах сказал Сушиме: «Сушима, знай, что мы покончили с рождением и смертью, установили религиозное подвижничество и совершили то, что должно быть совершено. Мы сами знаем, что не будем подвержены будущему существованию».6 |
| 時，彼須深語比丘言： 「尊者，云何？ 學離欲、惡不善法。 有覺、有觀，離生喜、樂，具足初禪。 不起諸漏，心善解脫耶？」 | 8. Тогда Сушима сказал монаху: «Почтенный, как это? Обучаясь, будучи отрешённым от желаний и дурных, неблагих вещей, — при наличии рассудочного мышления и рассмотрения, — это уединение порождает радость и счастье, и человек в совершенстве достигает первой медитации. Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило твой ум?» |
| 比丘答言： 「不也，須深。」 | Монах ответил: «Нет, Сушима». |
| 復問： 「云何？ 離有覺、有觀，內淨一心。 無覺、無觀，定生喜、樂，具足第二禪。 不起諸漏，心善解脫耶？」 | 9. Сушима снова спросил: «Как это, Почтенный? Отрешённый от рассудочного мышления и рассмотрения, обладая внутренней чистотой и единым умом, — без рассудочного мышления и без рассмотрения, — это сосредоточение порождает радость и счастье, и человек в совершенстве достигает второй медитации. Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило твой ум?» |
| 比丘答言： 「不也，須深。」 | Монах ответил: «Нет, Сушима». |
| 復問： 「云何，尊者？ 離喜，捨心住正念、正智。 身心受樂，聖說及捨，具足第三禪。 不起諸漏，心善解脫耶？」 | 10. Сушима снова спросил: «Как это, Почтенный? Расставшись с той радостью, человек пребывает в равностности с правильной памятливостью и правильным разумением. В теле и уме он ощущает счастье, которое благородные называют также отрешённостью, и в совершенстве достигает третьей медитации. Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило твой ум?» |
| 答言： 「不也，須深。」 | Монах ответил: «Нет, Сушима». |
| 復問： 「云何，尊者？ 離苦息樂，憂、喜先斷，不苦不樂。 捨、淨、念、一心，具足第四禪。 不起諸漏，心善解脫耶？」 | 11. Сушима снова спросил: «Как это, Почтенный? Расставшись со страданием, прекратив удовольствие, а скорбь и радость прекратив прежде, человек не ощущает ни страдания, ни удовольствия. С равностностью, чистотой, памятливостью и единым умом он в совершенстве достигает четвёртой медитации. Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило твой ум?» |
| 答言：「不也，須深。」 | Монах ответил: «Нет, Сушима». |
| 復問： 「若復寂靜解脫起色、無色，身作證、具足住。 不起諸漏，心善解脫耶？」 | 12. Сушима снова спросил: «Предположим, человек лично осознаёт и в полноте пребывает в мирном освобождении, порождающем [посмертное] рождение в форме или без формы. Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило твой ум?» |
| 答言： 「不也，須深。」 | Монах ответил: «Нет, Сушима».7 |
| 須深復問： 「云何，尊者？ 所說不同；前後相違。 云何不得禪定而復記說？」 | 13. Сушима снова спросил: «Как это, Почтенный? Твои утверждения не совпадают; первые противоречат последним. Как можно не достичь медитативного сосредоточения и всё же заявлять о [свободе от нового рождения]?» |
| 比丘答言： 「我是慧解脫也。」 | Монах ответил: «Я был освобождён мудростью». |
| 作是說已，眾多比丘各從座起而去。 | Сказав это, вся группа монахов поднялась со своих мест и удалилась. |
| Сушима вопрошает Будду | |
| 爾時，須深知眾多比丘去已，作是思惟： 「此諸尊者所說不同；前後相違。 言不得正受，而復記說自知作證。」 作是思惟已，往詣佛所，稽首禮足，退住一面。 白佛言： 「世尊，彼眾多比丘於我面前記說： 『我生已盡，梵行已立，所作已作。 自知不受後有。』 | 14. Когда Сушима понял, что та группа монахов удалилась, он подумал: «Слова этих почтенных не совпадали; первые противоречили последним. Они говорили, что не достигли этих обретений, но при этом заявляли, что сами знают о [своём] осознании». Поразмыслив об этом, он отправился к Будде, склонил голову к его стопам и отошёл, чтобы встать в стороне. Он сказал Будде: «Почитаемый в мирах, группа монахов заявила прямо передо мной: „Наши рождения прекращены, религиозное подвижничество установлено, и задача исполнена. Мы сами знаем, что не будем подвержены будущему существованию“.8 |
| 「我即問彼尊者： 『得離欲、惡不善法⋯乃至⋯身作證。 不起諸漏，心善解脫耶？』 彼答我言： 『不也，須深！』 | 15. «Тогда я спросил тех почтенных: „Были ли вы отрешены от желаний и дурных, неблагих вещей … вплоть до … лично осознали? Было ли это тем, что остановило загрязнения и полностью освободило ваш ум?“ Они ответили мне: „Нет, Сушима“. |
| 「我即問言： 『所說不同；前後相違。 言不入正受，而復記說自知作證。』 彼答我言： 『得慧解脫。』 作此說已，各從座起而去。 | 16. «Тогда я спросил: „Ваши утверждения не совпадают; первые противоречат последним. Вы говорите, что не достигли этих обретений, но при этом заявляете, что сами знаете о [своём] осознании“. Они ответили мне: „Мы были освобождены мудростью“. Сказав это, они поднялись каждый со своего места и удалились. |
| 「我今問世尊： 云何彼所說不同，前後相違？ 不得正受，而復說言自知作證。」 | 17. «Теперь я спрашиваю Почитаемого в мирах: как их слова могут не совпадать, если первые противоречат последним? Они не достигли этих обретений, но всё же заявляют, что сами знают о [своём] осознании». |
| 佛告須深： 「彼先知法住，後知涅槃。 彼諸善男子獨一靜處，專精思惟，不放逸法。 離於我見，不起諸漏，心善解脫。」 | 18. Будда сказал Сушиме: «Сначала они познали пребывание Дхармы, а затем познали нирвану. Эти добрые сыны уходили в одиночестве в уединённое место, сосредоточенно и усердно размышляли и были осмотрительны в Дхарме. Они расстались с воззрениями о „я“, их загрязнения прекратились, и их умы были полностью освобождены». |
| 須深白佛： 「我今不知先知法住，後知涅槃。 彼諸善男子獨一靜處，專精思惟，不放逸法。 離於我見，不起諸漏，心善解脫。」 | Сушима сказал Будде: «Теперь я не понимаю, [как это возможно,] что сначала они познали пребывание Дхармы, а затем познали нирвану. Эти добрые сыны уходили в одиночестве в уединённое место, сосредоточенно и усердно размышляли и были осмотрительны в Дхарме. Они расстались с воззрениями о „я“, их загрязнения прекратились, и их умы были полностью освобождены». |
| 佛告須深： 「不問汝知、不知且自先知法住，後知涅槃。 彼諸善男子獨一靜處，專精思惟，不放逸住。 離於我見，心善解脫。」 | Будда сказал Сушиме: «Я не спрашивал тебя, понимаешь ты это или нет, — а лишь [утверждаю], что сначала они познали пребывание Дхармы, а затем познали нирвану. Эти добрые сыны уходили в одиночестве в уединённое место, сосредоточенно и усердно размышляли и пребывали осмотрительными. Они расстались с воззрениями о „я“, и их умы были полностью освобождены». |
| 須深白佛： 「唯願，世尊，為我說法，令我得知法住智，得見法住智。」 | 19. Сушима сказал Будде: «Прошу, Почитаемый в мирах, разъясни мне Дхарму, чтобы я мог познать знание пребывания Дхармы и мог увидеть знание пребывания Дхармы». |
| 佛告須深： 「我今問汝；隨意答我。 須深，於意云何？ 有生故有老死？ 不離生有老死耶？」 | 20. Будда сказал Сушиме: «Теперь я задам тебе вопрос; отвечай мне так, как думаешь. Сушима, как ты думаешь? Существуют ли старость и смерть потому, что существует рождение? Бывают ли старость и смерть, если рождение не устранено?» |
| 須深答曰：「如是，世尊。」 | Сушима ответил: «Да, Почитаемый в мирах». |
| 「有生故有老死。 不離生有老死。 如是生、有、取、愛、受、觸、六入處、名色、識、行、無明。 有無明故有行？ 不離無明而有行耶？」 | 21. «Старость и смерть существуют, потому что существует рождение. Не бывает старости и смерти без рождения. Так же и с рождением, существованием, цеплянием, жаждой, чувством, контактом, шестью сферами чувств, именем и формой, осознаванием, действием и неведением. Существует ли действие потому, что существует неведение? Бывает ли действие, если неведение не устранено?» |
| 須深白佛：「如是，世尊。 有無明故有行。 不離無明而有行。」 | Сушима ответил Будде: «Да, Почитаемый в мирах. Действие существует, потому что существует неведение. Не бывает действия без неведения». |
| 佛告須深： 「無生故無老死？ 不離生滅而老死滅耶？」 | 22. Будда сказал Сушиме: «Нет ли старости и смерти, когда нет рождения? Прекращаются ли старость и смерть без прекращения рождения?» |
| 須深白佛言：「如是，世尊。 無生故無老死。 不離生滅而老死滅。」 | Сушима сказал Будде: «Да, Почитаемый в мирах. Нет старости и смерти, когда нет рождения. Старость и смерть не прекращаются без прекращения рождения». |
| 「如是⋯乃至⋯無無明故無行？ 不離無明滅而行滅耶？」 | 23. «Так же … вплоть до … нет ли действия, когда нет неведения? Прекращается ли действие без прекращения неведения?» |
| 須深白佛：「如是，世尊。 無無明故無行。 不離無明滅而行滅。」 | Сушима сказал Будде: «Да, Почитаемый в мирах. Нет действия, когда нет неведения. Действие не прекращается без прекращения неведения». |
| 佛告須深： 「作如是知、如是見者為有離欲、惡不善法⋯乃至⋯身作證具足住不？」 | 24. Будда спросил Сушиму: «Тот, кто так знает и так видит, — был ли он отрешён от желаний и дурных, неблагих вещей … вплоть до … лично осознал и в полноте пребывал [в медитативных обретениях]?» |
| 須深白佛：「不也，世尊。」 | Сушима сказал Будде: «Нет, Почитаемый в мирах». |
| 佛告須深： 「是名先知法住，後知涅槃。 彼諸善男子獨一靜處，專精思惟，不放逸住。 離於我見，不起諸漏，心善解脫。」 | 25. Будда сказал Сушиме: «Это называется сначала познать пребывание Дхармы, а затем познать нирвану. Эти добрые сыны уходили в одиночестве в уединённое место, сосредоточенно и усердно размышляли и пребывали осмотрительными. Они расстались с воззрениями о „я“, их загрязнения прекратились, и их умы были полностью освобождены». |
| Сушима обращается в учение Будды | |
| 佛說此經已，尊者須深遠塵離垢，得法眼淨。 爾時，須深見法，得法，覺法度疑。 不由他信，不由他度。 於正法中心得無畏。 稽首佛足，白佛言： 「世尊，我今悔過。 我於正法中盜密出家，是故悔過。」 | 26. После того как Будда изложил эту сутру, достопочтенный Сушима избавился от пыли, освободился от скверны, и его Дхармическое видение стало чистым. Тогда Сушима увидел Дхарму, обрёл Дхарму, осознал Дхарму и преодолел сомнение. Он обрёл это не через веру в кого-то другого и не через чьё-то [ещё] освобождение. Он обрёл в истинной Дхарме бесстрашие ума. Он склонил голову к стопам Будды и сказал ему: «Почитаемый в мирах, теперь я раскаиваюсь в своём проступке. Я тайно покинул дом в истинной Дхарме, чтобы украсть её, и потому я раскаиваюсь». |
| 佛告須深： 「云何於正法中盜密出家？」 | 27. Будда спросил Сушиму: «Каким образом ты тайно покинул дом в истинной Дхарме, чтобы украсть её?» |
| 須深白佛言： 「世尊，有眾多外道來詣我所，語我言： 『須深當知，我等先為國王、大臣、長者、居士及餘世人恭敬供養，而今斷絕。 悉共供養沙門瞿曇、聲聞大眾。 汝今密往沙門瞿曇、聲聞眾中出家受法。 得彼法已，還來宣說我等。 當以彼聞法教化世間，令彼恭敬供養如初。』 是故，世尊，我於正法、律中盜密出家。 今日悔過。 唯願，世尊，聽我悔過，以哀愍故。」 | 28. Сушима сказал Будде: «Почитаемый в мирах, ко мне пришло множество иноверцев и сказали мне: „Сушима, знай, что прежде нас почитали и нам делали подношения царь, великие министры, знатные люди, домохозяева и прочие миряне, но теперь это прекратилось. Все они теперь делают подношения аскету Готаме и великому собранию его учеников. Теперь ты мог бы тайно отправиться к тому аскету Готаме и принять посвящение в собрании его учеников, чтобы получить его Дхарму. Получив эту Дхарму, вернись и разъясни её нам. Мы используем ту Дхарму, которую ты узнаешь, чтобы обратить мирян, так чтобы они вновь оказывали нам почитание и подношения, как прежде“. Поэтому, Почитаемый в мирах, я тайно покинул дом в истинной Дхарме и Винае, чтобы украсть их. Сегодня я раскаиваюсь в этом. Прошу, Почитаемый в мирах, прими моё раскаяние из сострадания ко мне!» |
| 佛告須深： 「受汝悔過。 汝當具說： 『我昔愚癡、不善、無智。 於正法、律盜密出家，今日悔過，自見罪、自知罪。 於當來世律儀成就，功德增長，終不退減。』 所以者何？ 凡人有罪，自見、自知而悔過者，於當來世律儀成就，功德增長，終不退減。」 | 29. Будда сказал Сушиме: «Я принимаю твоё раскаяние. Изложи его полностью: „Прежде я был глупцом, неблагим и лишённым мудрости. Я тайно покинул дом в истинной Дхарме и Винае, чтобы украсть их, но сегодня я раскаиваюсь в этом, увидев и осознав свой проступок сам. В будущем я достигну совершенства в поведении согласно Винае и буду взращивать добродетель, которая никогда не убудет“. Почему? Потому что, когда человек совершает проступок, сам видит и сознаёт его и раскаивается в нём, в будущем он достигает совершенства в поведении согласно Винае и взращивает добродетель, которая никогда не убудет». |
| 佛告須深： 「今，當說譬。 其智慧者以譬得解。 譬如國王有防邏者捉捕盜賊，縛，送王所。 白言： 『大王，此人劫盜。 願，王，處罪。』 | 30. Будда сказал Сушиме: «Теперь я расскажу тебе притчу. Мудрые способны понять вещи через притчи. Предположим, у царя был страж, который поймал вора, связал его и привёл к царю. Он сказал: „Великий царь, этот человек — разбойник. Прошу, царь, вынеси ему приговор“. |
| 「王言： 『將罪人去，反縛兩手，惡聲宣令周遍國中。 然後將出城外刑罪人處，遍身四體劖以百矛。』 | 31. «Царь сказал: „Уведите этого преступника, свяжите ему обе руки, объявите о его дурной славе по всему царству. Затем выведите его за пределы города, туда, где казнят преступников, и пронзите всё его тело и все четыре конечности сотней копий“. |
| 「彼典刑者受王教令。 送彼罪人，反縛兩手，惡聲宣唱，周遍城邑。 將出城外刑罪人處，遍身四體，劖以百矛。 | «Тот, кто исполнял приговор, принял повеление царя. Он повёл того преступника со связанными обеими руками, объявляя о его дурной славе по всему городу. Затем он вывел его за пределы города, туда, где казнят преступников, и пронзил всё его тело и все четыре конечности сотней копий. |
| 「日中，王問： 『罪人活耶？』 | 32. «В полдень царь спросил: „Жив ли ещё преступник?“» |
| 「臣白言：『活。』 | «Сановник ответил: „Жив“». |
| 「王復勅臣： 『復劖百矛。』 至日晡時，復劖百矛，彼猶不死。」 | 33. Царь тогда велел сановнику: «Пронзите его ещё сотней копий». К позднему вечеру его вновь пронзили сотней копий, но он всё ещё не умер». |
| 佛告須深： 「彼王治罪劖以三百矛。 彼罪人身寧有完處如手掌不？」 | 34. Будда сказал Сушиме: «Тот царь повелел покарать его тремя сотнями копий. Осталось бы на теле того преступника хоть одно неповреждённое место размером с ладонь?» |
| 須深白佛：「無也，世尊。」 | Сушима ответил Будде: «Нет, Почитаемый в мирах». |
| 復問須深： 「時，彼罪人劖以三百矛。 因緣，受苦、極苦、劇不？」 | 35. Он снова спросил Сушиму: «Тогда тот преступник был пронзён тремя сотнями копий. Разве это не было бы причиной для боли, крайней боли и мучения?» |
| 須深白佛： 「極苦，世尊。 若劖以一矛，苦痛難堪。 況三百矛當可堪忍？」 | Сушима сказал Будде: «Крайняя боль, Почитаемый в мирах. Боль была бы невыносимой, если бы его пронзили одним копьём. Что уж говорить о трёхстах копьях — как это можно вытерпеть?» |
| 佛告須深： 「此尚可耳。 若於正法、律盜密出家，盜受持法，為人宣說，當受苦痛倍過於彼。」 | 36. Будда сказал Сушиме: «Это ещё куда ни шло. Если кто-то тайно покидает дом, чтобы украсть истинную Дхарму и Винаю, похищает и удерживает Дхарму и разъясняет её другим, — такой человек испытает боль, вдвое превосходящую эту». |
| 佛說是法時，外道須深漏盡意解。 佛說此經已，尊者須深聞佛所說歡喜，奉行。 | 37. Когда Будда изложил эту Дхарму, иноверец Сушима покончил со своими загрязнениями, и его ум был освобождён. После того как Будда изложил эту сутру, достопочтенный Сушима, услышав сказанное Буддой, возрадовался и последовал ему. |
Примечания
[1] Это сутра № 347 в издании Тайсё и № 489 в издании Иньшуня (T99.2.96b25-8a12, Y30.60a6-4a12). Она параллельна SN 12.70.
Помимо обычных замечаний, сравнивающих параллели, приведённых в примечаниях далее, я хотел бы обратить внимание читателя на литературные приёмы, использованные в этой сутре, которые, судя по всему, образуют простую форму хиазма.
Сутра открывается сценой, в которой иноверцы замышляют похитить учение Будды и использовать его, чтобы вернуть себе почести и пожертвования, к которым они привыкли. Для них это стало бы желанным исходом в их воображении. Сутра завершается историей о царе, приговаривающем обычного вора к казни через многократное пронзание копьями. Он даёт понять Сушиме, что похищение Дхармы имело бы ещё худший исход. Мораль этой истории, риторически и стилистически весьма выразительной, не согласуется с буддийским наблюдением о том, что мудрость остаётся мудростью независимо от того, кто её преподаёт.
Середина истории также содержит обратный параллелизм между расспросами Сушимы, обращёнными к освобождённому монаху (или монахам), и расспросами Будды, обращёнными к Сушиме. В первом случае ошибающийся вопрошающий задаёт ряд вопросов, каждый из которых предполагает неверную причину освобождения (а именно медитативные обретения, а не мудрость). В результате на все вопросы даётся ответ «нет». Во втором случае верно вопрошающий задаёт ряд вопросов, утверждающих истинную причину возникновения страдания. На каждый вопрос даётся ответ «да».
Контраст между этими двумя параллельными беседами делает суть истории более запоминающейся для слушателя, а также облегчает её запоминание, поскольку бόльшая её часть представляет собой декламацию хорошо известных формул. Мораль этой части истории в том, что чудесные или медитативные обретения, хотя и могут принести практикующему известность и власть, не являются путём к освобождению. Они также не являются надлежащей конечной целью, к которой следует стремиться.
Лично я рассматриваю эти доводы как признак того, что текст был составлен (возможно, записан) в более позднюю эпоху, когда буддизм вступил в острое соперничество с другими религиозными традициями, такими как брахманизм и джайнизм. Он относится к той же категории, что и многие истории, которые мы находим в ДН и МН, в качестве риторических аргументов против других небуддийских традиций, существовавших в то время в Индии. [назад]
[2] Это вступление более развёрнуто, чем то, что мы находим в SN 12.70. Там Сушима представлен как глава собрания, которое упрашивает его отправиться изучить учение Будды, чтобы впечатлить им мирян. Это предполагает меньше препирательств взад и вперёд, чем мы находим здесь, но данная версия, возможно, более правдоподобна. Как мы увидим, само учение, преподанное Буддой в SN 12.70, не сокращено так, как здесь, то есть оно занимает больше места в рассказе, тогда как здесь больше повествования вокруг этого учения. Это общая черта тхеравадинских сутт: в них в целом больше доктрины и меньше повествования по сравнению с другими буддийскими традициями.
Одна деталь, общая как для этой версии, так и для того, что сообщается в палийском комментарии, состоит в том, что Будда знал тайный мотив Сушимы, но здесь он прямо говорит монахам позаботиться о том, чтобы Сушима достиг освобождения, и они соглашаются. Скорее всего, эти элементы повествования были добавлены, чтобы объяснить, как всеведущий Будда мог показаться введённым в заблуждение кем-то из другой школы. Палийская сутта, вероятно, ближе к первоначальному рассказу в этом отношении. [назад]
[3] мудрый и великий человек. Кит. 有智慧大力. Существует более старое чтение, в котором 大力 («великая сила») заменено на 大士 («великий человек»). Следует отметить, что когда эта часть повествования пересказывается в следующих нескольких абзацах, выражение становится 聰明黠慧 («проницательный и разумный»). Возможно, именно это чтение и является верным, а данное место — искажением. [назад]
[4] Сушима. Кит. 須深 (РСК siu-ʃɪəm = Пр. suśim[a]), Г. ?, пали susīma, санскр. susīma. Это имя засвидетельствовано в санскритских источниках так же, как мы находим его в палийской параллели этой сутры. Китайская транслитерация звучала бы как suśim[a]. Мне не удалось обнаружить его засвидетельствованным в гандхарских источниках. [назад]
[5] принять полное посвящение. Кит. 受具足, пали alattha upasampada. Кит. 具足 обычно означает быть исполненным чем-либо или довести что-либо до совершенства. Буддийский термин для вступления в орден отрёкшихся — upasampadā, что буквально означает обрести или достичь (обетов). Поэтому я прочитал 受具足 здесь буквально («в полноте принять [обеты]»), что было призвано означать «посвящение» в монахи или монахини. [назад]
[6] Эта часть истории значительно отличается от палийской параллели. В той версии Сушима лишь случайно слышит, как несколько монахов объявляют Будде о своём освобождении. Затем Сушима спрашивает одного монаха, достиг ли он проникающих знаний, а именно чудесных способностей, небесного слуха, знания мыслей других, памятования о прошлых жизнях и небесного ока. Здесь же он спрашивает, достиг ли монах каждой из четырёх медитаций.
На этом этапе, впрочем, обе версии сходятся в том, что он завершает вопросом об обретениях без формы, хотя здесь он, судя по всему, имеет в виду как четыре медитации, так и сосредоточения без формы.
Заключение также различается. В SN 35.70 Сушима говорит, что не понимает, но монахи отмахиваются от его сомнений. Здесь же Сушима обвиняет монаха в том, что тот противоречит сам себе и говорит бессмыслицу. В обеих версиях он затем отправляется к Будде, чтобы разрешить этот вопрос. [назад]
[7] Этот вопрос Сушимы подразумевает, что практика четырёх медитаций и сосредоточений без формы была общеизвестна и в других религиях, помимо буддизма. И это создаёт подтекст, что не эти практики делали буддистов особенными, а освобождение через мудрость.
Этого не происходит в SN 35.70, потому что там Сушима расспрашивает монаха о достижении чудесных способностей. Это меняет подтекст на буддийское неодобрение чудотворства. [назад]
[8] Здесь снова эта часть истории более пространна за пределами доктринального учения, данного Буддой, а само учение гораздо более развёрнуто в SN 35.70, чем здесь.
В SN 35.70 выражение dhammaṭṭhitiñāṇa (dhamma + ṭhiti + ñāṇa = «знание пребывания Дхаммы» или «устойчивость Дхаммы») ниже истолковывается как знание непостоянства, болезненности и бессамостности пяти совокупностей. Здесь же оно имеет гораздо более целостное значение — уединения и тщательного (или усердного) созерцания.
Дальнейшее подтверждение этих двух толкований мы находим в их сохранившихся экзегетических комментариях. Палийский комментарий утверждает, что термин относится к внутренней природе вещей в целом (то есть к тому, что они непостоянны и т. д.). Это истолковывает dhamma как нечто вроде пяти совокупностей.
В «Йогачарабхуми» мы находим объяснение 法住智 («знание пребывания Дхармы») как относящееся к тому, кто получает учение о зависимом возникновении, а затем уходит в затворничество, чтобы созерцать его. Когда он проникает в него, он становится верующим и обретает знание о том, как вещи устанавливаются через причину и следствие.
Похоже, что это был случай, когда смысл был восполнен позднее разными комментаторами в каждой традиции. Ни одно из объяснений не является неверным или бессвязным, поскольку оба осознания, как утверждается, ведут к освобождению в других сутрах. Вывод, возможно, состоит в том, что это не обязано быть настолько конкретным. Знание, обретаемое через пребывание в Дхарме, то есть через религиозное подвижничество, ведёт к нирване, а не конкретные обретения, наличия которых, по мнению Сушимы, это непременно требовало.
Помимо этого исходного пункта, обе версии учения Будды развиваются так, как мы и ожидали бы. Затем он спрашивает Сушиму о двенадцатизвенной цепи зависимого возникновения: обязательно ли она включает те обретения, с которыми он бросал вызов монахам в каждой версии? Сушима соглашается с этим доводом. [назад]
