Осознанность к дыханию
Так я слышал.
Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в Восточном парке, во дворце Мигараматы вместе со многими хорошо известными старшими учениками –
достопочтенным Сарипуттой, достопочтенным Махамоггалланой, достопочтенный Махакассапой, достопочтенным Махакаччаной, достопочтенным Махакоттхитой, достопочтенным Махакаппиной, достопочтенным Махачундой, достопочтенным Ануруддхой, достопочтенным Реватой, достопочтенным Анандой и другими хорошо известными старшими учениками.
И в то время старшие монахи обучали и наставляли новых монахов.
Некоторые старшие монахи обучали и наставляли десять монахов, некоторые старшие монахи обучали и наставляли двадцать монахов… тридцать… сорок монахов.
И новые монахи, обученные и наставленные старшими монахами, достигли последовательных этапов высшего отличия.
И в то время, на пятнадцатый день, в Упосатху, в полнолунную ночь церемонии Павараны, Благословенный сидел под открытым небом в окружении общины монахов.
И затем, обозрев молчаливую общину монахов, он обратился к ним так:
«Монахи, я доволен этими успехами.
Мой ум доволен этими успехами.
Так приложите же ещё больше усилий к достижению того, что [ещё] не достигнуто, к выполнению того, что [ещё] не выполнено, к осуществлению того, что [ещё] не осуществлено.
Я буду ждать здесь, в Саваттхи, до полнолуния в день Комуди четвёртого месяца».
И монахи в округе [Саваттхи] услышали: «Благословенный будет ждать здесь в Саваттхи до полнолуния в день Комуди четвёртого месяца».
И монахи из округов направились в Саваттхи, чтобы повидать Благословенного.
А старшие монахи ещё более упорно обучали и наставляли молодых монахов.
Некоторые старшие монахи обучали и наставляли десять монахов, некоторые старшие монахи обучали и наставляли двадцать монахов… тридцать… сорок монахов.
И новые монахи, обученные и наставленные старшими монахами, достигли последовательных этапов высшего отличия.
И в то время, на пятнадцатый день, в Упосатху, в полнолуние в день Комуди четвёртого месяца, Благословенный сидел под открытым небом в окружении общины монахов.
И затем, обозрев молчаливую общину монахов, он обратился к ним так:
«Монахи, это собрание свободно от трескотни и болтовни. Оно состоит из чистейшей сердцевины.
такова эта община монахов, таково это собрание.
Таково собрание тех, кто достоин даров, достоин гостеприимства, достоин подношений, достоин почтительных приветствий – несравненное поле заслуг для мира –
такова эта община монахов, таково это собрание.
Таково это собрание, что малый дар, подаренный ему, становится великим; а великий [дар] становится ещё большим.
такова эта община монахов, таково это собрание.
Такое собрание редко можно увидеть в мире –
такова эта община монахов, таково это собрание.
Увидеть такое собрание стоит того, чтобы отправиться в путешествие длиной во много лиг с походным мешком – такова эта община монахов, таково это собрание.
Ведь в этой Сангхе монахов есть монахи, которые араханты с уничтоженными пятнами [загрязнений ума], которые прожили святую жизнь, сделали то, что следовало сделать, сбросили тяжкий груз, достигли истинной цели, уничтожили путы существования и полностью освободились посредством окончательного знания.
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые, с уничтожением пяти нижних оков, [после смерти] спонтанно возникнут [в мире Чистых обителей] и там достигнут окончательной ниббаны, никогда более не возвращаясь из того мира [обратно в этот мир].
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые, с уничтожением трёх нижних оков и с ослаблением жажды, злобы и заблуждения, являются однажды-возвращающимися, которые вернутся в этот мир лишь ещё один раз и положат конец страданиям.
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые, с уничтожением трёх нижних оков являются вступившими в поток, более не подвержены погибели [низших миров], утверждены [в своей участи достичь освобождения], направляются к просветлению.
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые пребывают, посвящая себя развитию четырёх основ осознанности...
В этой общине монахов есть монахи, которые пребывают, посвящая себя развитию четырёх правильных стараний...
четырёх основ сверхъестественной силы...
пяти качеств...
пяти сил...
семи факторов просветления...
Благородного восьмеричного пути...
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые пребывают, посвящая себя развитию доброжелательности...
сострадания…
сорадования…
невозмутимости…
медитации на непривлекательности...
восприятия непостоянства.
Таковы монахи в этой общине монахов.
В этой общине монахов есть монахи, которые пребывают, посвящая себя развитию осознанности к дыханию.
Монахи, когда осознанность к дыханию развита и взращена, она приносит великий плод и благо.
Когда осознанность к дыханию развита и взращена, она исполняет четыре основы осознанности.
Когда четыре основы осознанности развиты и взращены, они исполняют семь факторов просветления.
Когда семь факторов просветления развиты и взращены, они исполняют истинное знание и освобождение.
И каким образом осознанность к дыханию развита и взращена, так что это приносит великий плод и великое благо?
Вот монах, уйдя в лес, к подножью дерева или в пустое жилище, садится. Скрестив ноги, выпрямив тело, он устанавливает осознанность впереди.
Будучи постоянно осознанным, он вдыхает. Будучи постоянно осознанным, он выдыхает.
Делая долгий вдох, он знает: «Я делаю долгий вдох»; или, делая долгий выдох, он знает: «Я делаю долгий выдох».
Делая короткий вдох, он знает: «Я делаю короткий вдох»; или, делая короткий выдох, он знает: «Я делаю короткий выдох».
Он тренируется так: «Ощущая всё тело, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Ощущая всё тело, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Успокаивая телесную формацию, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Успокаивая телесную формацию, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Ощущая восторг, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Ощущая восторг, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Ощущая блаженство, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Ощущая блаженство, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Ощущая умственную формацию, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Ощущая умственную формацию, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Успокаивая умственную формацию, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Успокаивая умственную формацию, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Ощущая ум, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Ощущая ум, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Радуя ум, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Радуя ум, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Освобождая ум, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Освобождая ум, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Созерцая угасание, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Созерцая угасание, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду выдыхать».
Он тренируется так: «Созерцая оставление, я буду вдыхать»; он тренируется так: «Созерцая оставление, я буду выдыхать».
Вот как, монахи, когда осознанность к дыханию развита и взращена, это приносит великий плод и великое благо.
И как, монахи, осознанность к дыханию, будучи развитой и взращенной, исполняет четыре основы осознанности?
Каждый раз, монахи, когда монах, делая долгий вдох, понимает: «Я делаю долгий вдох»; или, делая долгий выдох, понимает: «Я делаю долгий выдох»;
делая короткий вдох, понимает: «Я делаю короткий вдох»; или, делая короткий выдох, понимает: «Я делаю короткий выдох»;
[когда он] тренируется так: «Ощущая всё тело, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая всё тело, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Успокаивая телесную формацию, я буду вдыхать»; тренируется так: «Успокаивая телесную формацию, я буду выдыхать»,
то в этом случае монах пребывает в созерцании тела как тела, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Я говорю, что это определённое тело среди тел, монахи, то есть, вдох и выдох.
Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании тела как тела, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Каждый раз, монахи, когда монах тренируется так: «Ощущая восторг, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая восторг, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Ощущая блаженство, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая блаженство, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Ощущая умственную формацию, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая умственную формацию, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Успокаивая умственную формацию, я буду вдыхать»; тренируется так: «Успокаивая умственную формацию, я буду выдыхать»,
то в этом случае монах пребывает в созерцании чувств как чувств, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Я говорю, что это определённое чувство среди чувств, монахи, то есть, пристальное внимание к вдоху и выдоху.
Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании чувств как чувств, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Каждый раз, монахи, когда монах тренируется так: «Ощущая ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Ощущая ум, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Радуя ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Радуя ум, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду вдыхать» тренируется так: «Сосредотачивая ум, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Освобождая ум, я буду вдыхать»; тренируется так: «Освобождая ум, я буду выдыхать»,
то в этом случае монах пребывает в созерцании ума как ума, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Я не говорю, что есть развитие сосредоточения осознанности к дыханию у того, кто забывчив, кто не бдителен.
Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании ума как ума, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Каждый раз, монахи, когда монах тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая непостоянство, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Созерцая угасание, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая угасание, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая прекращение, я буду выдыхать»;
тренируется так: «Созерцая оставление, я буду вдыхать»; тренируется так: «Созерцая оставление, я буду выдыхать»;
то в этом случае монах пребывает в созерцании умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Увидев мудростью отбрасывание алчности и грусти, монах является тем, кто пристально смотрит с невозмутимостью.
Вот почему в этом случае монах пребывает в созерцании умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив алчность и грусть к миру.
Монахи, вот как осознанность к дыханию, будучи развитой и взращенной, исполняет четыре основы осознанности.
И как, монахи, четыре основы осознанности, будучи развитыми и взращенными, исполняют семь факторов просветления?
Каждый раз, монахи, когда монах пребывает в созерцании тела как тела, будучи старательным, бдительным, осознанным, устраняя алчность и грусть к миру – в этом случае неослабевающая осознанность утверждается в монахе.
Каждый раз, когда неослабевающая осознанность утвердилась в монахе – в этом случае в нём возникает фактор просветления «осознанность». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
Пребывая столь осознанным, он изучает и исследует то состояние мудростью, приступает к его полному изучению.
Каждый раз, когда монах, пребывая столь осознанным, изучает и исследует то состояние мудростью, приступает к его полному изучению – в этом случае в нём возникает фактор просветления «исследование состояний». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
В том, кто изучает и исследует то состояние мудростью, приступает к его полному изучению, зарождается неослабевающее усердие.
Каждый раз, когда монах изучает и исследует то состояние мудростью, приступает к его полному изучению, и [в нём] зарождается неустанное усердие, – в этом случае в нём возникает фактор просветления «усердие». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется нём.
В том, кто зародил усердие, возникает духовный восторг.
Каждый раз, когда духовный восторг возникает в зародившем усердие монахе, – в этом случае в нём возникает фактор просветления «восторг». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
У того, кто восторжен, тело становится безмятежным, и ум становится безмятежным.
Каждый раз, когда тело и ум стали безмятежными у восторженного монаха, – в этом случае в нём возникает фактор просветления «безмятежность». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
У того, чьё тело безмятежно и кто ощущает удовольствие, ум становится сосредоточенным.
Каждый раз, когда ум становится сосредоточенным у монаха, чьё тело безмятежно и кто ощущает удовольствие, – в этом случае в нём возникает фактор просветления «сосредоточение». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
Он пристально, с невозмутимостью, рассматривает такой сосредоточенный ум.
Каждый раз, монахи, когда монах пристально, с невозмутимостью рассматривает такой сосредоточенный ум, – в этом случае в нём возникает фактор просветления «невозмутимость». Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём.
Каждый раз, монахи, когда монах пребывает в созерцании чувств как чувств…
ума как ума…
умственных феноменов как умственных феноменов, будучи старательным, бдительным, осознанным, устраняя алчность и грусть в отношении мира, то в этом случае неослабевающая осознанность утверждается в этом монахе...
Каждый раз, когда неослабевающая осознанность утвердилась в монахе – в этом случае в нём возникает фактор просветления «осознанность»…
фактор просветления «исследование состояний»…
фактор просветления «усердие»...
фактор просветления «восторг»…
фактор просветления «безмятежность»…
фактор просветления «сосредоточение»…
фактор просветления «невозмутимость».
Он развивает его, и благодаря развитию он осуществляется в нём. Вот так, монахи, четыре основы осознанности, будучи развитыми и взращенными, исполняют семь факторов просветления.
И как, монахи, семь факторов просветления, будучи развитыми и взращенными, исполняют истинное знание и освобождение?
Вот монах развивает осознанность как фактор просветления, который поддерживается уединением, бесстрастием, прекращением, и созревает в оставлении.
Он развивает исследование состояний…
усердие…
восторг...
безмятежность...
сосредоточение...
невозмутимость как фактор просветления, который поддерживается уединением, бесстрастием, прекращением, и созревает в оставлении.
Вот как, монахи, эти семь факторов просветления, будучи развитыми и взращенными, исполняют истинное знание и освобождение».
Так сказал Благословенный.
Монахи были довольны и восхитились словами Благословенного.
