Брахма Бака

Так мной услышано.

Одно время Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики.

И в то время пагубный взгляд возникл у Брахмы Баки:

“Это надежное, это устойчивое, это вечное, это совершенное, это нерушимое. В самом деле, именно здесь нельзя родиться, нельзя постареть, нельзя умереть, нельзя скончаться, нельзя переродиться. Нет спасения более возвышенного, нежели это”.

И тогда Благословенный, [напрямую] познав своим собственным умом [это] раздумье в уме Брахмы Баки, так же быстро, как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, исчез из рощи Джеты и возник в том мире брахм.

Брахма Бака увидел Благословенного издали

и сказал ему:

“Подойди же, почтенный! Добро пожаловать, почтенный!

Прошло немало времени, почтенный, прежде чем ты воспользовался возможностью прийти сюда.

И в самом деле, почтенный, это надежное, это устойчивое, это вечное, это совершенное, это нерушимое. В самом деле, именно здесь нельзя родиться, нельзя постареть, нельзя умереть, нельзя скончаться, нельзя переродиться. Нет спасения более возвышенного, нежели это”.

Когда так было сказано, Благословенный обратился к Брахме Баке:

“Увы, господин, Брахма Бака погрузился в неведение! Господин Брахма Бака впал в неведение!

Увы, почтенный, Брахма Бака погрузился в неведение настолько, что он говорит о том, что на деле является ненадежным, как о надежном; говорит о том, что на деле является неустойчивым, как об устойчивом; говорит о том, что на деле является невечным, как о вечном; говорит о том, что на деле является несовершенным, как о совершенном; говорит о том, что на деле является рушимым, как о нерушимом.

И в отношении [мира], в котором можно родиться, состариться, умереть, скончаться и переродиться, он говорит так:

„В самом деле, именно здесь нельзя родиться, нельзя постареть, нельзя умереть, нельзя скончаться, нельзя переродиться“.

И хотя есть другое спасение, более возвышенное, нежели это, он говорит: „Нет спасения более возвышенного, нежели это“”.

[Брахма Бака]: “Семьдесят два было нас, о Готама, Тех, кто заслуги себе заработал. Ныне мы силой такой обладаем,

Что превосходим рождение и старость.

Знай, мастер знаний, оно окончательно — Брахмы [миров] достижение наше.

Много людей, нами стать кто желает”.

[Благословенный]: “Жизненный срок здесь короткий, не долгий,

Хоть ты и думаешь, Бака, иначе.

Знаю я, Брахма, весь срок твоей жизни:

Он нираббуд сотню тысяч [лишь длится]”.

[Брахма Бака]: “[Вот как ты молвишь], Благословенный: „Видением я наделён безграничным,

Старость, рождение, печаль одолел я“.

Так каковой же была у меня древняя практика клятв и достоинств?

Ну же, скажи, может быть, я пойму”.

[Благословенный]: “Людям ты многим питьё обеспечил,

Тем, кто жаждующим в жаре мучающимся:

Вот твоя практика клятв и достоинств,

Вижу которую, будто проснулся.

На берегу Антилопы похищенных

Освободил ты и прочь их увёл.

Вот твоя практика клятв и и достоинств,

Вижу которую, будто проснулся.

Нагой корабль был схвачен на Ганге,

Яростной, жаждущей плоти людской,

Силой её одолеть ты сумел, храбро корабль тот освободив:

Вот твоя практика клятв и и достоинств,

Вижу которую, будто проснулся.

Я был твоим подмастерьем Каппой,

Коего преданным, умным ты чтил:

Вот твоя практика клятв и и достоинств,

Вижу которую, будто проснулся”.

[Брахма Бака]: “Срок моей жизни знаешь, несомненно;

Других ты тоже знаешь, а потому ты Будда.

Так, лучезарное величие твоё

Сиянием охватывает даже Брахмы мир”.