Сутта Гайя
Одно время Благословенный располагается возле Гайи на [холме] Гайясиса.
Там Благословенный обратился к монахам…
“Монахи, до моего пробуждения, пока я всё ещё был непробужденным бодхисаттой, я воспринимал только свет, но я не видел форм.
Мысль пришла ко мне, монахи:
“Если я буду воспринимать свет, а также видеть формы,
то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.
Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет, а также видел формы.
Но, всё же, я не общался с этими божествами, не беседовал с ними, не вовлекался с ними в разговоры.
Мысль пришла ко мне, монахи:
“Если я буду воспринимать свет и видеть формы, а также общаться с этими божествами, беседовать с ними, вовлекаться с ними в разговоры,
то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.
Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет и видел формы, а также общался с этими божествами, беседовал с ними, вовлекался с ними в разговоры.
Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:
“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств”.
Мысль пришла ко мне, монахи:
“Если я буду воспринимать свет и видеть формы, общаться с этими божествами, беседовать с ними, вовлекаться с ними в разговоры, а также знать об этих божествах:
“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств” –
то в таком случае это моё знание и видение станет ещё более очищенным”.
Так, спустя некоторое время, по мере того, как я пребывал прилежным, старательным, решительным, я воспринимал свет и видел формы, общался с этими божествами, беседовал с ними, вовлекался с ними в разговоры, и я также знал об этих божествах [следующее]:
“Эти божества из такого-то или такого-то класса божеств”.
Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:
“После смерти здесь, эти божества переродились там в результате этой каммы”.
Так, спустя некоторое время… я знал об этих божествах:
“После смерти здесь, эти божества переродились там в результате этой каммы”.
Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:
“В результате этой каммы, эти божества существуют [здесь, питаясь] такой-то едой и переживают такое-то приятное и боль”…
я знал об этих божествах:
“В результате этой каммы, эти божества существуют [здесь, питаясь] такой-то едой и переживают такое-то приятное и боль”.
Но, всё же, я не знал об этих божествах [следующего]:
“В результате этой каммы эти божества имеют срок жизни такой-то длины”.
Мысль пришла ко мне, монахи:
“В результате этой каммы эти божества имеют срок жизни такой-то длины”.
Но, всё же, я не знал, жил ли я [сам] с этими божествами прежде [в прошлых рождениях], или же нет.
Мысль пришла ко мне, монахи:
“Если я буду воспринимать…
я знал о том, жил ли я [сам] с этими божествами прежде [в прошлых рождениях], или же нет.
Покуда, монахи, моё знание и видение в отношении дэвов с его восемью гранями не было тщательно очищено, я не заявлял о том, что пробудился в непревзойдённое совершенное пробуждение в мире с дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями шраманов и брахманов, богов и людей.
Но когда моё знание и видение в отношении дэвов с его восемью гранями было тщательно очищено, то тогда я заявил, что пробудился в непревзойдённое совершенное пробуждение в мире с дэвами, Марой, Брахмой, с его поколениями шраманов и брахманов, богов и людей.
Знание и видение возникли у меня:
“Непоколебимо моё освобождение. Это последнее рождение. Не будет более нового существования”.
Четвёртая.
