Глава первая
Как конь породистый,
Чья ноша тяжела,
Влачит её
И на судьбу не ропщет —
Так будь и ты исполненным прозренья,
Как бесконечный океан — водою.
И не взирай ты на других с презреньем,
Ведь Дхамма ведома лишь благородным.
Раздавленные времени поступью тяжёлой,
Запутавшиеся в темнице лабиринтов существа
Под властью скорби пребывают,
Страдания претерпевая вновь и вновь.
Для радости причина — они тотчас ликуют,
Есть место для печали — и вот они тоскуют;
Поражены глупцы этими двумя,
Не видят вещи так, как есть они.
Но кто и в радости, и в горе
Пребудет в середине между ними,
Преодолеть сумеет колебанья
С умом недвижимым, скале подобным.
С утратой встретится он или с обретеньем,
С приятным иль болью,
Восхваленьем иль хулой,
Со славой доброй иль молвой дурной —
Мудрец не пристрастится ни к чему,
Как капля к лотосу не прилипает.
Везде он в приятном
И всегда несокрушим.
Есть праведная утрата,
А есть неправедное обретенье;
Но лучше справедливо потерять,
Чем незаконно обрести.
Есть возвышение от тех, кто мудрости лишён,
Есть среди тех, кто ею одарён, забвенье;
Но помни, что забвенье мудрых лучше,
Чем возвышенье, что исходит от глупцов.
Есть восхваления глупцов,
А есть хула от тех, кто обладает пониманием.
Но хула мудрых лучше,
Чем восхваления глупцов.
Есть радости в усладах,
Есть боль уединенья;
Но боль уединенья лучше,
Чем радости услад.
Есть жизнь без Дхаммы,
Есть умиранье в Дхамме;
Но лучше в Дхамме смерть принять,
Чем без Ученья жить.
Отринув гнев и страсти,
Он всегда спокоен,
Мирскими путами не связан он,
Нет больше для него пристрастий.
Семь звеньев Пробуждения,
Духовные способности и силы — всё это он взрастил.
Достиг он Высшего,
Успокоился в Ниббане.