Сутта Наг

Так я слышал:

Одно время Благословенный располагается вблизи Косамби, в Парке Гхоситы.

В то время Благословенный жил в окружении монахов и монахинь, мирских последователей и последовательниц, царей и царских министров, учителей иных учений и их учеников.

Он жил в дискомфорте и неудовлетворительности.

И тогда Благословенный подумал:

“В настоящее время я живу в окружении монахов и монахинь, мирских последователей и последовательниц, царей и царских министров, учителей иных учений и их учеников.

Я живу в дискомфорте и неудовлетворительности.

Так вот, я мог бы жить в одиночестве, в уединении от общества”.

Утром Благословенный, одевшись, взяв чашу и верхнее одеяние, пошел в Косамби за подаянием.

После возвращения из Косамби и трапезы, он привел жилище в порядок, взял чашу и верхнее одеяние, и не обращаясь к своим прислужникам, не поставив в известность монашескую общину, в одиночестве, без сопровождения ушел в Парилейяку.

Там Благословенный обитал вблизи Парилейяки, в лесной глуши, у подножия благотворного салового дерева.

В то время некий Великий слон жил в окружении слонов, слоних, молодняка и слонят. Он ел примятую ими траву, в то время, как они ели то, что он наломал им с ветвей. Он пил воду, которая была замутнена, и когда он погружался в водоем для купания, то слонихи, проходя мимо, толкали его.

Он жил в дискомфорте и неудовлетворительности.

Затем Великий слон подумал:

“В настоящее время я живу в окружении слонов, слоних, молодняка и слонят. Я ем примятую ими траву, в то время, как они едят то, что я наломал им с ветвей. Я пью воду, которая была замутнена, и когда я погружаюсь в водоем для купания, то слонихи, проходя мимо, толкают меня. Я живу в дискомфорте и неудовлетворительности.

Так вот, я мог бы жить в одиночестве, в уединении от стада”.

И тогда Великий слон, оставив стадо, направился в Парилейяку, в лесную глушь, к подножию благотворного салового дерева и к Благословенному.

Этот Великий слон очистил от травы то место, где обитал Благословенный, и своим хоботом приносил Благословенному воду для питья и мытья.

Затем, когда Благословенный пребывал в уединении, он подумал:

“Раньше я жил в окружении монахов и монахинь, мирских последователей и последовательниц, царей и царских министров, учителей иных учений и их учеников. Я жил в дискомфорте и неудовлетворительности.

Однако, в настоящее время я живу вдали от монахов и монахинь, мирских последователей и последовательниц, царей и царских министров, учителей иных учений и их учеников. Я живу без дискомфорта и удовлетворительно”.

Тогда же Великий слон подумал:

“Раньше я жил в окружении слонов, слоних, молодняка и слонят. Я ел примятую ими траву, в то время, как они ели то, что я наломал им с ветвей. Я пил воду, которая была замутнена, и когда я погружался в водоем для купания, то слонихи, проходя мимо, толкали меня. Я жил в дискомфорте и неудовлетворительности.

Однако, в настоящее время я живу вдали от слонов, слоних, молодняка и слонят. Я ем непримятую траву и то, что я наломаю с ветвей. Я пью чистую воду, которая не была замутнена, и когда я погружаюсь в водоем для купания, то слонихи не проходят мимо, толкая меня. Я живу без дискомфорта и удовлетворительно”.

И тогда, Благословенный, познав умом те мысли, что возникли в уме этого Великого слона, произнёс это вдохновенное высказывание:

“Так Наг с Нагом

с большими бивнями слоном,

В согласии ум с умом:

Великие наслаждаются уединением в лесу”.

Пятая.