Сутта Рукоятка тесла

В условиях Саваттхи.

“Монахи, я говорю, что уничтожение пятен [загрязнений ума] возможно [только] у того, кто знает и видит, а не у того, кто не знает и не видит.

И что же он знает, что же он видит, благодаря чему происходит уничтожение пятен?

“Такова форма, таково её происхождение, таково её исчезновение;

таково чувство…

таково восприятие…

таковы отождествления…

таково сознание, таково его происхождение, таково его исчезновение” –

у того, кто знает так, у того, кто видит так, происходит уничтожение пятен.

Монахи, когда монах не живёт, посвящая себя развитию, то даже если такое желание возникло бы в нём:

“Ох, хоть бы мой ум освободился от пятен из-за отсутствия цепляния!” – всё равно его ум не освобождается от пятен из-за отсутствия цепляния.

И почему?

Следует ответить так: из-за отсутствия развития.

Из-за отсутствия развития чего?

Из-за отсутствия развития четырёх основ памятования… четырёх правильных стараний… четырёх основ сверхъестественных сил… пяти качеств… пяти сил… семи аспектов пробуждения… Благородного Восьмеричного Пути.

Это как, монахи, курица с восемью, десятью или двенадцатью яйцами,

которые она бы не укрыла, не высидела, не взрастила правильным образом.

Даже если такое желание возникло бы в ней:

“Ох, пусть мои цыплята пробьют скорлупки остриями своих когтей и клювов и благополучно вылупятся!” –

всё равно цыплята неспособны пробить скорлупки остриями своих когтей и клювов и благополучно вылупиться.

И почему?

Потому что эта курица с восемью, десятью или двенадцатью яйцами

не укрыла, не высидела, не взрастила их правильным образом.

Точно так же, монахи, когда монах не живёт, посвящая себя развитию, то даже если такое желание возникло бы в нём:

“Ох, хоть бы мой ум освободился от пятен из-за отсутствия цепляния!” – всё равно его ум не освобождается от пятен из-за отсутствия цепляния.

И почему?

Следует ответить так: из-за отсутствия развития.

Из-за отсутствия развития чего?

Из-за отсутствия развития четырёх основ памятования… Благородного Восьмеричного Пути.

Монахи, когда монах живёт, посвящая себя развитию, то даже если такого желания в нём не возникло бы:

“Ох, хоть бы мой ум освободился от пятен из-за отсутствия цепляния!” – всё равно его ум освободится от пятен из-за отсутствия цепляния.

И почему?

Следует ответить так: из-за развития.

Из-за отсутствия развития чего?

Благодаря развитию четырёх основ памятования… четырёх правильных стараний… четырёх основ сверхъестественных сил… пяти духовных качеств… пяти сил… семи аспектов пробуждения… Благородного Восьмеричного Пути.

Это как, монахи, курица с восемью, десятью или двенадцатью яйцами,

которые она бы укрыла, высидела, взрастила правильным образом.

Даже если бы такого желания не возникло бы в ней:

“Ох, пусть мои цыплята пробьют скорлупки остриями своих когтей и клювов и благополучно вылупятся!” –

всё равно цыплята способны пробить скорлупки остриями своих когтей и клювов и благополучно вылупиться.

И почему?

Потому что эта курица с восемью, десятью или двенадцатью яйцами

укрыла, высидела, взрастила их правильным образом.

Точно так же, монахи, когда монах живёт, посвящая себя развитию, то даже если такого желания в нём не возникло бы:

“Ох, хоть бы мой ум освободился от пятен из-за отсутствия цепляния!” – всё равно его ум освободится от пятен из-за отсутствия цепляния.

И почему?

Следует ответить так: из-за развития.

Из-за отсутствия развития чего?

Благодаря развитию четырёх основ памятования… Благородного Восьмеричного Пути.

Когда, монахи, плотник или его ученик смотрит на рукоятку своего тесла, он видит [на ней] следы [углублений] от своих пальцев и большого пальца,

но он не знает:

“Вот на столько-то рукоятка тесла износилась сегодня, вот на столько-то вчера, вот на столько-то ранее”.

Но когда она износилась, у него возникает знание, что она износилась.

Точно так же, монахи, когда монах живёт, посвящая себя развитию, то хотя у него нет такого знания:

“Вот на столько-то мои пятна [загрязнений ума] износились сегодня, вот на столько-то вчера, вот на столько-то ранее” – всё же, когда они износились, у него возникает знание, что они износились.

Это как, монахи, если бы морской корабль был бы оснащён такелажем, который бы изнашивался в воде в течение шести месяцев. Его бы вытащили на сушу во время холодного сезона, и его такелаж далее подвергался бы атакам ветра и солнца. Затопленный дождём из дождевого облака такелаж легко бы обвалился и прогнил.

Точно так же, монахи, когда монах живёт, посвящая себя развитию, его оковы с лёгкостью разваливаются и прогнивают”.

Девятая.