Сутта Тяга Вторая

“Тяга, монахи, болезнь, тяга - опухоль, тяга - дротик.

Поэтому, монахи, Татхагата пребывает без тяги, без дротика”.

Поэтому, монахи, если монах в том числе намеревается 'без тяги буду пребывать, без дротика',

то ему не следует измышлять глаз, измышлять внутри глаза, измышлять из глаза, измышлять “глаз – мой”.

Ему не следует измышлять формы…

сознание глаза…

контакт глаза…

любое чувство, которое возникает, имея в качестве своей причины контакт глаза – приятное, болезненное или же ни-болезненное-ни-приятное – ему не следует измышлять этого, не следует измышлять внутри этого, не следует измышлять из этого, не следует измышлять “это – моё”.

Поскольку, монахи, всё, что бы он ни измышлял, внутри чего бы он ни измышлял, из чего он бы ни измышлял, что бы он ни считал “моим” – это является иным.

Мир, становясь иным, привязан к существованию, ищет наслаждения только лишь в существовании.

Ему не следует измышлять язык…

Ему не следует измышлять ум…

сознание ума…

контакт ума…

любое чувство, которое возникает, имея в качестве своей причины контакт ума – приятное, болезненное или же ни-болезненное-ни-приятное – ему не следует измышлять этого, не следует измышлять внутри этого, не следует измышлять из этого, не следует измышлять “это – моё”.

Поскольку, монахи, всё, что бы он ни измышлял, внутри чего бы он ни измышлял, из чего он бы ни измышлял, что бы он ни считал “моим” – это является иным.

Мир, становясь иным, привязан к существованию, ищет наслаждения только лишь в существовании.

Докуда бы, монахи, ни простирались совокупности, элементы, и сферы чувств, он не измышляет этого, не измышляет в этом, не измышляет из этого, не измышляет “это – моё”.

Поскольку он ничего не измышляет таким образом, он ничто на свете не удерживает.

Не удерживающий, он не становится взволнованным. Невзволнованный достигает ниббаны.

‘Изношено рождение, достигнута святая жизнь, сделано, что должно сделать, нет иного [индивидуального] существования’ понимает”.

Восьмая.