Экоттарика-агама

Глава 43. Бог [Рохитасса]

5. Притча о плоте

1. Так я слышал:[1] Однажды Будда пребывал в Шравасти, в роще Джеты, в парке Анатхапиндады.

2. Тогда Почитаемый в мирах обратился к монахам: «Теперь я разъясню притчу о плоте. Все вы, хорошо обдумайте её и храните в памяти».

3. Монахи ответили: «Да, Почитаемый в мирах!» Тогда монахи приняли наставление Будды.

4. Почитаемый в мирах сказал им: «Что такое притча о плоте? Если вы путешествуете по дороге и вас захватывают разбойники, вам следует овладеть своим умом и мыслями, не порождая дурных чувств. Вам следует порождать доброту, сострадание, радость и равностность, объемлющие всё во всех направлениях, безмерные, безграничные и неописуемые. Храните свой ум подобным земле. Подобно земле, принимайте и чистое, и нечистое. Будь то нечистоты, моча, мусор или уродство — она принимает всё, и земля не порождает ни возвышенного, ни принижённого ума. Она не говорит: „Это прекрасно“ или „это отвратительно“.

5. «Ныне, путешествуя, вам следует поступать именно так. Предположим, вас захватили разбойники, — не порождайте дурных мыслей и не порождайте ни возвышенного, ни принижённого ума. Как было сказано о земле, так же и с водой, огнём и воздухом. Они принимают и дурное, и прекрасное, но никогда не порождают ни возвышенного, ни принижённого ума. Порождайте доброту, сострадание, радость и равностность ко всем живым существам. Причина в том, что даже практика благого учения — вещь, от которой можно отказаться, так что уж говорить о дурном учении?

6. «Это подобно тому, как некто находится в опасном месте. Он хочет перебраться из этого опасного места в место безмятежное и потому решает бежать в поисках безопасности. Он натыкается на большую реку, глубокую и широкую, и нет ни лодки, ни моста, чтобы переправиться на другой берег. Он стоит там, на стороне опасности, не имея пути к другому берегу.

7. «Тогда этот человек размышляет, что ему делать: „Эта река столь глубока и широка. Теперь я мог бы собрать дерево, траву и листья и связать их в плот, чтобы переправиться. Обретя плот, я смогу воспользоваться им, чтобы попасть с этого берега на другой“. Тогда этот человек собирает дерево, траву и листья и связывает их в плот. Затем он переправляется с этого берега на другой.

8. «Как только этот человек переправился на тот берег, он вновь думает: „Этот плот был мне весьма полезен; благодаря ему я спасся от той опасности. Я ушёл из того страшного места и достиг этого спокойного места. Теперь я не отброшу этот плот. Я возьму его с собой и продолжу им пользоваться“. Как же так, монахи? Достигнув того места, сможет ли он пользоваться этим плотом, взяв его с собой, или это будет невозможно?»

Монахи ответили: «Нет, Почитаемый в мирах. Тот человек пожал ту награду, которую желал. Какая же ещё польза была бы от плота, если бы он взял его с собой?»

9. Будда сказал монахам: «Даже благое учение — вещь, от которой можно отказаться, так что же говорить о том, что не является учением?»

10. Тогда некий монах спросил Почитаемого в мирах: «Как же так, что нам следует отказаться от учения так же, как от того, что не является учением? Разве не окажется тогда, что мы не обучаемся пробуждению, поскольку оно проистекает из учения?»

11. Почитаемый в мирах сказал ему: «Именно на основе самомнения прекращаются самомнение, надменность, самоуверенность, самолюбование, ложное самомнение, кичливость перед высшими и хвастливое самомнение. Когда самомнения нет, надменность прекращается, отсутствие самомнения и правильное самомнение прекращаются, а ложное самомнение и хвастливое самомнение прекращаются. Все четыре вида самомнения прекращаются.

12. «В прошлом, прежде чем я достиг пробуждения Будды, я сидел под царём деревьев, и у меня возникла такая мысль: „Кто занимает высшее положение в мире желаний, которое мне следует покорить?“ Из всех богов и людей мира желаний никто не уступил бы.

13. «Я также серьёзно подумал: „Я слышал, что существует тот порочный Мара Папиян. Теперь я сражусь с ним“. Победив Папияна, все самомнящие боги высокого положения уступят мне. Тогда, монахи, я улыбнулся, восседая на своём месте, отчего владения Мары Папияна содрогнулись.

14. «Я услышал голос в небе, произносящий:

• «Ты отрёкся от пути царя Шуддходаны
  И покинул дом, чтобы обучаться бессмертию.
  Ты дал твёрдый и обширный обет
  Опустошить три злополучных удела.

• Ныне я соберу войско
  И взгляну прямо в лицо тому аскету.
  Он не воспользуется моим благоразумием —
  Я схвачу его за ноги и брошу в океан!»

15. «Ненависть порочного Мары Папияна возросла, и он сказал своему великому полководцу-льву: „Скорее! Собери четверичное войско и иди, напади на того аскета! Посмотрим, какова его сила и способна ли она сравниться с моей в битве!“

16. «Тогда я подумал: „Сразиться даже с обычным человеком было бы делом нешуточным, так каково же будет сразиться с существом высшего положения в мире желаний? Несомненно, это будет немногим больше, чем спор с ним“.

17. «В этот момент, монахи, я облачился в доспехи доброты, взял лук сосредоточения и стрелы мудрости и стал ждать его великое войско. Порочный Мара был великим предводителем войска в восемнадцать миллионов [существ]. Их лица все отличались друг от друга, подобно лицам обезьян, макак и львов, приближавшихся ко мне.

18. «Некоторые в этом войске ракшасов имели тело одного вида, а голову — другого. У некоторых было десять тел, разделявших одну голову. У некоторых было два плеча и три шеи. У некоторых рот был на груди. У некоторых была одна рука, у некоторых — две, а у иных — четыре. У некоторых обе руки были подняты над головой, а в пасти — мёртвые змеи. У некоторых на голове пылал огонь, а иные извергали огонь изо рта. Некоторые растягивали рот обеими руками, желая пожрать то, что было перед ними. У некоторых были обнажены животы, и они были вооружены мечами и копьями. Некоторые несли молоты, некоторые несли валуны, а некоторые тащили камни. Некоторые несли большие деревья. У некоторых пара ног была сверху, а у иных голова была снизу. Некоторые ехали на слонах, львах, тиграх, волках и ядовитых змеях. Некоторые шли пешком, а некоторые летели по воздуху. Порочный Мара возглавлял это войско и наступал, чтобы окружить дерево бодхи.

19. «Мара Папиян встал по левую руку от меня и сказал мне: „Немедленно поднимись, аскет!“ Я хранил молчание и не отвечал, хотя он повторил это трижды.

«Тогда Мара сказал мне: „Аскет! Разве ты не боишься меня?“

«Я сказал ему: „Ныне мой ум не ведает страха“.

21. «Тогда Мара сказал: „Аскет, разве ты не видишь моё четверичное войско? Ты — всего лишь один человек. У тебя нет боевого оружия, лишь бритая голова и обнажённое тело, облачённое в те три одеяния; и всё же ты говоришь: «Мне нечего бояться»!“

22. «Тогда я обратился к Папияну и произнёс такую строфу:

• «Доброта — мои доспехи, сосредоточение — мой лук,
  И в руке я держу стрелы мудрости.
  Добродетельные деяния — мои многочисленные воины,
  И ныне они уничтожат твоё войско».

23. «Мара Папиян сказал мне: „Я оказываю тебе услугу, аскет. Если бы я не говорил с тобой, они уже схватили бы тебя и сожгли твоё тело дотла. К тому же, аскет, твой облик прекрасен, ты в расцвете лет и красив собой. Ты происходишь из рода воинственных царей, вращающих колесо. Немедленно поднимись и возвращайся. Вкуси пяти удовольствий. Я мирно приведу тебя туда, чтобы ты стал мудрым царём, вращающим колесо“.

«Я вновь ответил Папияну: „То, о чём ты говоришь, непостоянно и подвержено переменам. Оно не может длиться долго, поэтому я оставлю это. Это не то, чего я желаю“.

24. «Порочный Мара Папиян снова сказал мне: „Аскет! Чего ты ищешь здесь сегодня? Чего ты желаешь?“

«Я ответил: „То, чего я желаю, — это состояние без скорби и страха, город нирваны, безмятежный и безопасный. Я поведу тех живых существ, что плывут в потоках рождения и смерти, погружённые и ослеплённые страданием. Я направлю их на верный путь“.

25. «Мара ответил мне: „Если ты немедленно не поднимешься с этого места, аскет, я схвачу тебя за ноги и брошу в океан!“

«Тогда я ответил Папияну: „Я наблюдал тех, кто в небесах и среди людей. Будь то демоны, боги, люди или нелюди — твоё четверичное войско не сможет потревожить даже волоска на моём теле“.

26. «Мара ответил: „Аскет, хочешь ли ты сразиться с нами сегодня?“

«Я ответил: „Я намерен сразиться“.

27. «Мара спросил: „Кто твой враг?“

«Я вновь ответил: „Это самомнение. Самоуверенность, самолюбование, ложное самомнение, кичливость перед высшими и хвастливое самомнение“.

28. «Мара сказал мне: „По какой причине ты уничтожаешь эти виды самомнения?“

«Я ответил: „Папиян, тебе следует знать, что существуют сосредоточение доброты, сосредоточение сострадания, сосредоточение радости и сосредоточение равностности, а также сосредоточение пустоты, сосредоточение без устремлений и сосредоточение без признаков. Из сосредоточения, порождённого добротой, распознаётся сосредоточение сострадания. Обусловленное сосредоточением сострадания, обретается сосредоточение радости. Обусловленное сосредоточением радости, обретается сосредоточение равностности. Из сосредоточения пустоты обретается сосредоточение без устремлений. Благодаря сосредоточению без устремлений обретается сосредоточение без признаков. Используя силу этих видов сосредоточения, я сражусь с тобой. Когда их практика будет завершена, тогда страдание прекратится. Когда страдание прекратится, тогда оковы прекратятся. Когда оковы прекратятся, тогда я достигну нирваны“.

«Мара сказал мне: „Аскет, ты уничтожишь учение учением?“

«Я ответил: „Учение можно уничтожить учением“.

«Мара спросил меня: „Как же ты уничтожаешь учение учением?“

«Тогда я сказал ему: „Правильным воззрением уничтожается ложное воззрение, а ложным воззрением уничтожается правильное воззрение. Правильное обуздание уничтожает ложное обуздание, а ложное обуздание уничтожает правильное обуздание. Правильная речь уничтожает ложную речь, а ложная речь уничтожает правильную речь. Правильное действие уничтожает ложное действие, а ложное действие уничтожает правильное действие. Правильные средства к жизни уничтожают ложные средства к жизни, а ложные средства к жизни уничтожают правильные средства к жизни. Правильный способ уничтожает ложный способ, а ложный способ уничтожает правильный способ. Правильное памятование уничтожает ложное памятование, а ложное памятование уничтожает правильное памятование. Правильное сосредоточение уничтожает ложное сосредоточение, а ложное сосредоточение уничтожает правильное сосредоточение“.

«Мара сказал мне: „Аскет, хотя ты и говоришь это сегодня, это трудно исполнить. Немедленно поднимись, и я не брошу тебя в океан“.

31. «Я вновь сказал Папияну: „Заслуги, которые ты сотворил, даровали тебе лишь одно. Ты стал царём Марой мира желаний. В прошлом же я создал добродетели, которые невозможно описать. Исполнить то, что ты ныне говоришь, — дело трудное“.

32. «Папиян ответил: „Ныне ты — свидетель заслуг, которые я сотворил. Ты утверждаешь, что заслуги, которые сотворил ты, неисчислимы, но кто может это засвидетельствовать?“

«Тогда, монахи, я протянул правую руку вниз и коснулся земли, сказав: „Земля — свидетель добродетелей, которые я сотворил“.

33. «Когда я произнёс это, дух земли поднялся из земли, сложив ладони, и сказал: „Почитаемый в мирах, я засвидетельствую это!“ Когда дух земли закончил говорить это, порочный Мара Папиян ощутил скорбь, печаль, боль и смятение. Он отступил и исчез.

34. «Монахи, именно этим способом вам следует познать, что даже учение прекращается, так отчего бы не прекратиться тому, что не является учением? Долгое время я преподавал вам эту единую притчевую сутру о пробуждении. Если вы не исследуете её слова, как же вы поймёте её смысл? Причина в том, что это учение сокрыто. Ученики и пратьекабудды, взращивающие это учение, обретают великую добродетель и достигают бессмертного и безмятежного состояния.

35. «Как же называется эта притча о переправе на плоту? Она указывает на то, что самомнение прекращается посредством опоры на самомнение. Как только самомнение полностью прекращается, более не остаётся ни омрачённых мыслей, ни смятенных представлений. Это подобно шкуре шакала, с которой трудно работать. Когда по ней бьют кулаком, не раздаётся звука, и кожа лишена прочности. Так же и здесь. Когда у монаха исчезает самомнение, не остаётся ничего, что могло бы возвысить или принизить [его ум].

36. «Поэтому ныне я говорю вам: „Если вас захватили разбойники, не порождайте дурных мыслей. Вам следует объять добротой всё во всех направлениях, подобно той мягкой шкуре, и надолго обрести безмятежное состояние“. Так, монахи, вам следует размышлять».

37. Когда он разъяснял это учение, восседая на возвышении, пыль и загрязнения трёх тысяч юных богов были устранены, и их око Дхармы очистилось. Шестьдесят монахов оставили одеяния Дхармы, чтобы практиковать в мирских одеждах. Ещё шестьдесят монахов положили конец своим загрязнениям, освободили свой ум и очистили своё око Дхармы.

38. Монахи, услышав сказанное Буддой, возрадовались и стали ему следовать.

---

Примечания

[1] Параллели включают MN 22, MĀ 204, SN 35.238 и Snp 3.2. [назад]

---