Глава первая

Как конь породистый,

Чья ноша тяжела,

Влачит её

И на судьбу не ропщет —

Так будь и ты исполненным прозренья,

Как бесконечный океан — водою.

И не взирай ты на других с презреньем,

Ведь Дхамма ведома лишь благородным.

Раздавленные времени поступью тяжёлой,

Запутавшиеся в темнице лабиринтов существа

Под властью скорби пребывают,

Страдания претерпевая вновь и вновь.

Для радости причина — они тотчас ликуют,

Есть место для печали — и вот они тоскуют;

Поражены глупцы этими двумя,

Не видят вещи так, как есть они.

Но кто и в радости, и в горе

Пребудет в середине между ними,

Преодолеть сумеет колебанья

С умом недвижимым, скале подобным.

С утратой встретится он или с обретеньем,

С приятным иль болью,

Восхваленьем иль хулой,

Со славой доброй иль молвой дурной —

Мудрец не пристрастится ни к чему,

Как капля к лотосу не прилипает.

Везде он в приятном

И всегда несокрушим.

Есть праведная утрата,

А есть неправедное обретенье;

Но лучше справедливо потерять,

Чем незаконно обрести.

Есть возвышение от тех, кто мудрости лишён,

Есть среди тех, кто ею одарён, забвенье;

Но помни, что забвенье мудрых лучше,

Чем возвышенье, что исходит от глупцов.

Есть восхваления глупцов,

А есть хула от тех, кто обладает пониманием.

Но хула мудрых лучше,

Чем восхваления глупцов.

Есть радости в усладах,

Есть боль уединенья;

Но боль уединенья лучше,

Чем радости услад.

Есть жизнь без Дхаммы,

Есть умиранье в Дхамме;

Но лучше в Дхамме смерть принять,

Чем без Ученья жить.

Отринув гнев и страсти,

Он всегда спокоен,

Мирскими путами не связан он,

Нет больше для него пристрастий.

Семь звеньев Пробуждения,

Духовные способности и силы — всё это он взрастил.

Достиг он Высшего,

Успокоился в Ниббане.