Сутта Быстро
“О Солнца Родственник, великий риши,
Спрошу тебя о состоянии покоя.
И как, увидев, монах ниббаны достигает
И не цепляется он в мире ни к чему?”
“Корень разросшихся идей,
(это Благословенный)
Я есть оставить должен рассмотрением,
И ради внутреннего устранения цепляния,
Памятующий тренироваться должен он.
И в отношении того, что может знать, –
Что внутренне иль внешне существует, –
Пусть из-за этого упрямым он не будет,
Ведь для благих людей не в этом угасание.
Не нужно думать, что поэтому ты лучше,
Или считать себя таким же или низким.
Когда находишься под разным ты влиянием,
То не упорствуй в проявлении себя.
Пусть внутренне покоя он достигнет;
Монах в другом успокоения не ищет.
Когда находишься ты в мире внутри,
Нет брошенного, поднятого нет.
Как в [самой] середине океана
Нет волн и океан [всегда] спокоен,
Пускай таким же пребывает, без порыва;
Монаху опухоль не стоит вызывать”.
“Имеющий открытые глаза провозгласил
Преграды устранение, увиденную Дхамму.
Но что, почтенный, о практике расскажешь,
Монашеском уставе и объединении опыта?”.
“Пускай посредством глаз не станет беспокойным,
От сплетен деревенских пускай закроет уши.
Не следует быть жадным [монаху] и ко вкусам,
Своим пусть не считает он в мире ничего.
Когда же происходит с контактом столкновение,
Нигде пускай монах не станет причитать.
Пускай он не желает существований разных,
В пугающих условиях не должен трепетать.
Когда заполучил напитки и еду,
Какую-либо пищу, а может, и одежду,
Пускай не запасается подобными вещами,
Не должен волноваться, когда не получил.
Пускай он медитирует, в ногах не беспокойный,
Лишённый сожаления, не будет пусть беспечным.
Когда же средь сидений, постелей пребывает,
То [в хижине такой] пусть будет мало шума.
И сном пускай не будет чрезмерно увлекаться;
Он бодрствовать должен и пылкость проявлять.
Пускай отбросит лживость, а также лень и смех,
Игривость и соитие, а также украшение.
Не должен он использовать заклятия Атхарвы,
Не должен толковать созвездья, сны и знаки.
Последователь мой не станет толковать
Животных [разных] крики,
Бесплодие лечить иль [раны] врачевать.
Пускай же порицание монаха не тревожит,
Пускай же он развеет как злобу, так и жадность,
Прижимистость [развеет] и речи клеветы.
Пускай монах не будет торговлей заниматься,
Не делает поступков, что к критике ведут.
Пускай не создаёт в деревне близких связей;
С людьми не говорит, желая получить.
Пускай монах не станет известен хвастовством,
Намёк не будет делать во время разговора.
И в дерзости себя пускай не тренирует;
Задиристых речей пускай не говорит;
Пускай не прибегает ко лживым он словам,
Не делает нарочно обманчивых поступков.
Пускай же из-за понимания, обетов, предписаний,
А также из-за жизни, которую ведёт, Не будет на других смотреть он свысока.
Когда он спровоцирован различными тирадами
От всяческих отшельников, что много говорят,
То должен воздержаться от резкого ответа –
Хороший человек не станет отвечать.
Понявший эту Дхамму, исследующий монах
Памятующий должен себя тренировать.
Когда он в угасании познал успокоение,
Беспечным пусть не будет в учении Готамы.
Ведь он – непобеждённый, и сам он победитель;
Узрел он Дхамму сам, а не со слов чужих.
Пускай он тренируется в согласии с Учением,
Держа его в почёте, прилежным пребывая”.
Сутта Туватака Четырнадцатая.
