Глава первая
Когда на формы он с умом пылающим взирает,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из созерцанья форм родится,
А ум, сметённый жадностью,
От истинной Прохлады отдалится.
Когда к звукам он прислушивается с умом пылающим,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из услажденья слуха родится,
А ум, сметённый жадностью,
От истинной Прохлады отдалится.
Когда вдыхает ароматы он с умом пылающим,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из обонянья запахов родится,
А ум, сметённый жаждою с досадой,
От истинной Прохлады отдалится.
Когда вкушает яства он с умом пылающим,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из наслажденья вкусами родится,
А ум, сметённый жаждою с досадой,
От истинной Прохлады отдалится.
Когда прикосновенья осязает он с умом пылающим,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из прикосновений родится,
А ум, сметённый жаждою с досадой,
От истинной Прохлады отдалится.
Когда раздумьям предаётся он с умом пылающим,
Добычей лёгкою становится внимание его,
Памятование прекращается тотчас;
В захваченности пребывает он.
Так много чувств из раздумья родится,
А ум, сметённый жаждою с досадой,
От истинной Прохлады отдалится.
Взирая на формы в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья;
Свободен ум его,
Он не привязан к формам.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Наблюдая формы,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
Слушая звуки в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья.
Свободен ум его,
Он не привязан к звукам.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Слушая звуки,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
Вдыхая ароматы в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья;
Свободен ум его,
Он не привязан к ароматам.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Вдыхая ароматы,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
Вкушая яства в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья;
Свободен ум его,
Он не привязан к яствам.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Вкушая яства,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
Ощущая прикосновения в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья;
Свободен ум его,
Он не привязан к прикосновениям.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Прикосновения ощущая,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
Раздумьям предаваясь в памятовании ясном,
Он не питает к ним влеченья;
Свободен ум его,
Он не привязан к раздумьям.
Для того, кто в памятовании пребывает,
Раздумьям предаваясь,
Все чувства мало-помалу исчезают —
Так достигает он убывания боли,
Близка Ниббана для него.
