Сундари Тхери
“Терзаема отчаяньем ты днём и ночью,
Оплакивала в прошлом сыновей своих,
Бросая трупы их зверью на растерзанье,
Почтенная.
Сейчас же скорби нет в тебе,
Хотя семеро детей твоих растерзанными были.
Что ж боле не стенаешь ты,
Брахманка Васеттхи?”
“Многие сотни сыновей,
Многие тысячи сородичей,
Моих и твоих,
Были брошены на растерзанье хищникам в прошлом.
Познала я спасенье от рождения и смерти,
Я не скорблю и не рыдаю ныне,
Я не оплакиваю больше никого”.
“Как восхитительны твои слова, Васеттхи!
Чью Дхамму ты постигла,
Что так способна изрекать?”
“Будды, Благословенного,
Который обитает ныне в городе Митхиле.
Покинув всю боль,
Существ он в Дхамме наставляет.
Его Учению внимая, брахман,
Что к нестяжанию приводит,
Постигнув подлинную Дхамму,
Отвергла я всю скорбь по детям”.
“Направляюсь и я в город Митхилу:
Быть может, отсвободит меня
От всей боли Бхагаван”.
Узрел Будду брахман,
Всецело свободного от всех стяжаний.
Тот наставлял его в Дхамме —
Положивший конец боли, <j>Достигший брега иного.
Боль, боли-проступание,
и боли превосхождение
И благородный восьмеричный путь,
К унятию боли, что ведёт.
Подлинную Дхамму постигнув,
Суджата принял постриг.
Три знания открылись для него
Всего лишь за три ночи.
“Ступай, возничий,
Отдай брахманке колесницу с пожеланьями здоровья;
Скажи ей, что Суджата принял постриг.
Три знания открылись для него
Всего лишь за три ночи”.
Взяв колесницу и тысячу монет,
Возничий отдал брахманке колесницу с пожеланьями здоровья,
Сказав ей, что Суджата принял постриг.
Три знания открылись для него
Всего лишь за три ночи.
“Узнав о том, что брахман три знания открыл,
Тебе, возничий, я дарую и колесницу, и монеты,
И чашу полную в придачу”.
“Пусть колесница и монеты с тобой останутся,
Брахманка.
Желаю сам я отправиться в скитанья,
Быть рядом с обладателем понимания великого”.
“Слоны, коровы, кони, <j>Драгоценности и серьги —
Отец твой домохозяина отрады все отринул,
В монахи постриг приняв;
Теперь наследница у нас ты,
Так услаждайся богатством своим, Сундари”.
“Слоны, коровы, кони, <j>Драгоценности и серьги —
Отец мой домохозяина отрады все отринул,
В монахи постриг приняв,
Сражённый горечью утраты сына;
Приму я тоже постриг,
Сражённая утраты брата горем”.
“Пусть устремление твоё исполнится, Сундари:
Довольной пребывай остатками с подаянья,
Носи из выброшенных тряпок одеянья;
Так ты отринешь все влеченья,
Что могут привести в миры иные”.
“Почтенная, я практику свою взрастила,
Я обрела божественное око,
Вспомнила свои прошлые обители,
Там, где я раньше пребывала.
С опорою на вас, о благонравная,
Сангхи монахинь достояние,
Три знания открылись для меня, <j>Усердием непоколебимым
Заветы Татхагаты мной исполнены всецело.
Почтенная, прошу вас, разрешите мне
Отправиться в Саваттхи,
Издать там львиный рык
В присутствии непревзойдённого из будд”.
“Ступай в Саваттхи,
Навести ты там Сияющего, с кожей, подобной золоту;
Укротителя тех, кто в укрощении нуждается,
Славно Пробуждённого, <j>Бесстрашного”.
Узрел Будда Сундари шествующую,
Всецело свободную от всех стяжаний,
Отринувшую вожделение, оковы разбившую,
Исполнившую долг свой, лишённую влечений.
“Покинувшая Бенарес,
Явившаяся к вам Сундари,
Ученица ваша, припала к стопам вашим с почтеньем,
О великий герой.
Вы — Будда, вы — наставник,
Я дочь родная ваша, о брахман,
Рождённая из ваших уст;
Исполнившая долг свой, <j>Лишённая влечений”.
“С прибытием, достойная,
В твоём приходе дурных знамений нет.
Так прибывает тот, кто укрощён был славно,
Кто припадает к учителя стопам с почтеньем,
Отринув вожделение, разбив оковы,
Исполнив долг свой, лишённый всех влечений”.
