Брахмадэва

Так я слышал.

Однажды Благословенный проживал в Саваттхи, в роще Джеты, в парке Анатхапиндики.

И в то время у некоей брахманки был сын по имени Брахмадэва, который оставил жизнь домохозяйскую ради жизни бездомной под учительством Благословенного.

И тогда, пребывая в уединении прилежным, старательным, решительным, достопочтенный Брахмадэва, реализовав это для себя посредством прямого знания, здесь и сейчас вошёл в высочайшую цель святой жизни, ради которой представители клана праведно оставляют жизнь домохозяйскую и ведут жизнь бездомную, и пребывал в ней.

Он напрямую познал: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более появления в каком-либо состоянии существования».

Так достопочтенный Брахмадэва стал одним из арахантов.

Затем, утром, достопочтенный Брахмадэва оделся, взял чашу и внешнее одеяние и вошёл в Саваттхи за подаяниями.

После продолжительного хождения за подаяниями по Саваттхи он подошёл к дому своей собственной матери.

В то время брахманка, мать достопочтенного Брахмадэвы, постоянно совершала жертвования Брахме.

И тогда мысль пришла к Брахме Сахампати:

«Эта брахманка, мать достопочтенного Брахмадэвы, постоянно совершает жертвования Брахме.

Что, если я отправлюсь к ней и пробужу в ней чувство безотлагательности правильной практики?»

И тогда, так же быстро, как сильный человек мог бы распрямить согнутую руку или согнуть распрямлённую, Брахма Сахампати исчез из мира брахм и возник в доме матери достопочтенного Брахмадэвы.

И там, стоя в воздухе, Брахма Сахампати обратился к брахманке этими строфами:

«О госпожа, далёк отсюда Брахмы мир,

Которому ты подношения свершаешь постоянно.

Как и не ест, почтенная, такую пищу Брахма.

Так в чём же толк бубнить слова, когда пути не знаешь к Брахме?

Но, госпожа, вот этот Брахмадэва

Без обретений, дэвов превзошёл.

И не имея ничего, других не кормит он.

И сей монах вошёл в твой дом за подаянием.

Достойный подношений, мастер знаний, он тот, кто внутренне всецело развит.

Даров достоин от людей и от божеств.

Выдворив всяческое зло, он незапятнан.

Угасший в сердце, ищет подаяний он.

Нет для него чего-либо ни спереди, ни сзади –

Он умиротворён и он не задымлён, он не обеспокоен — безжеланный.

По отношению к слабым, по отношению к сильным, он палку опустил.

Лучшее подаяние, подношение твоё, позволь же ему съесть.

Толпы он сторонится, умом спокоен он,

Скитается, как нага, хладнокровным, укрощённым.

Он нравственный монах, освобождён в уме:

Лучшее подаяние, подношение твоё, позволь же ему съесть.

С доверием к нему, лишившись колебаний,

Достойному дарений дар свой поднеси.

Создай заслугу, госпожа, что приведёт к блаженству,

Когда узрела мудреца, что наводнение пересёк».

С доверием к нему, лишившись колебаний,

Достойному дарений дар дала она.

Заслугу совершила, что приведёт к блаженству,

Когда узрела мудреца, что наводнение пересёк.